irin_krainov1 (irin_krainov1) wrote,
irin_krainov1
irin_krainov1

Театры России. Обменные гастроли ТАМБОВСКОГО театра

Фото с сайта театра

                               КАК ВОЛК ВОЛКУ

С 5 по 7 февраля проходили  обменные гастроли Саратовского академического театра драмы имени И.А.Слонова и Тамбовского драматического театра.
На сцене Тамбовского театра саратовские артисты показали  четыре спектакля: «Мафия и нежные чувства», «Частная жизнь», «Сошедший с поезда» и «Гонза и волшебные яблоки». Четыре постановки  привезли к нам и  гости.Я посмотрела две,  ибо уже после первой  было ясно, в чем их сильные и слабые стороны. Пять лет назад тамбовцы показывали  тут  «Горе от ума». Постановщик  резко   «облегчил» пьесу, выхолостив из нее содержание  обличительных монологов , в которых и  заключался  ее  смысл.  Актеры просто-напросто пробалтывали их, довольно  невнятно. Проблема  старейшего  в России театра, со славной (теперь уже   230-летней) историей , который основал  еще Державин,  где  играли великие Мочалов и Качалов,    была в отсутствии  сильного режиссера.  Но рецензия моя заканчивалась оптимистично:  «Надеемся, к следующим обменным гастролям они уже  попадут в руки  хорошего постановщика».  Случилось, однако  наполовину.
Первый спектакль назывался «Дураки»  и привлекал прежде всего  именем автора. Нил Саймон– драматург  парадоксальный, глубокий, чрезвычайно интересный. Текст написан в 80-х годах, и обычно трактуется, как притча о несуществующей стране.  Но есть версия, что речь  идет о бывшем Союзе  и  украинской в нем деревне.  Жители ее - ужасно глупые, беспамятные, не умеющие любить. Режиссер-постановщик  Дмитрий Беляев не стал  разделять  эпитеты, определяющие   жанр спектакля : «неправдоподобнаяабсурднаянемного грустнаяновеселаяистория по мотивам пьесы Нила Саймона». И правда, история получилась абсурднаяновеселая. Остроумнейший текст вызывал  все новые и новые  взрывы смеха. Рядом со мной сидел москвич-  и хохотал, как ребенок.И впрямь забавно, когда герои никак не могут найти  дверь и  забывают все на свете.
Музыкальное решение по «веселой цыганской музыке» Кустурицы задавало стремительный  темп.Танцевальная пластика отбивала мизансцены ( хореография Александра Чуксина).Публика неистовствовала в своих восторгах и уже  подхлопывала. Тут актеры встрепенулись , словно чувствуя себя гастролерами в «глухой провинции», и стали   педалировать  интонации и мимику. Но чем громче   реагировал зал, тем больше портилось  у меня настроение. Почему спектакль, поставленный профессионалом на сцене Тамбовского тюза и перенесенный на сцену тамошнего  драматического театра,  так напоминал антрепризу? Может, оттого, что определение этой   истории, как  «немногогрустная», в ходе постановки куда-то повыветрилось.  Саймон драматург ни в коем случае не лобовой.  И было очень  бы смешно, если б  не было так… грустно.  Бедняги манкурты не помнят ни имя свое, ни род свой, ни историю  уголка земли, их породившей. А мало ли их сейчас на пространствах бывшего Союза? И разве только у нас?
Многомерными  получились только образы обаятельного, трогательного  в своей попытке «спасти человечество»  учителя Толчинского ( Денис Блохин) и умного дурака -  симпатичного доктора Зубрицкого (Олег Шмаров). Не лишен привлекательности поданный с иронией ,главный злодей   Юзекевич (Ян Буй). Остальные герои , включая хорошенькую Софью, которая должна бы растопить учительское сердце не только  своей красотой,но и ангельской добротой, сильно шаржированы и  в общем-то однослойны. Их  костюмы  просто  ужасающе безвкусны  (  не  намеренно, как , видимо,предполагал художник ). И совершенно не согласуются  с декорациями.   В сочетании с  этими голыми досками, чуть тронутыми краской, смотрелись бы  нательные рубашки или холстины «ивановнепомнящихродства».Но  не мне советовать художнику-постановщику, как и из чего ему делать.
После  неудачного вечера с опаской шла уже на «Волки и овцы» Островского , отчего-то отправленные  в  самый конец гастролей. Конечно -  пьеса, которую называют  чуть не лучшей  у «русского Шекспира».Конечно, режиссер – легендарный Аркадий Кац, много лет возглавлявший Рижскую русскую драму. А  вдруг опять  начнут пережимать актеры? К счастью,этого не произошло,что подтвердило истину:  актеры - воск в руках постановщика.  И три часа театрального удовольствия  было  нам обеспечено.
Начинается действие за полотняным красным кругом – то ли ложа театра, то ли театральный буфет 1-го  класса с кумачовыми скатертями  и  рюмочками. Круг поднимается  под углом, и становится видно, что это обруч, как тондо обрамляющий сцену. Все настраивает будто бы  на миролюбивый лад.  Вид  сей обманчив, недаром толстые веревки перевили люстры, окончательно их между собой перепутав.Кое-кто сравнил оформление с волчьим капканом.Режиссер настаивает на версии музыкального ларца, которых в спектакле много.
Мурзавецкая небывало молода и  красива - жесткой  современной красотой, и  алчна  сверх меры ( Ирина Горбацкая). Часто  постановщики  приписывают ей роман с Чугуновым.  Здесь у нее адюльтер с дворецким.Что ж за диво: ее дальняя родственница Глафира не чурается   пропащего Горецкого. А  племянница под стать тетке: властная, наглая, без полутонов (Анна Тимошина) .Видимо, такую задачу ставил  им режиссер: никаких сочувственных вздохов эти фигуры не вызывают.Не таков обаятельный негодяй Юрия Томилина. Его Вукол Наумович - тертый калач, и  грабит барыньку изощренно. Но ведь как ловок, как мягко стелет - слушаешь, слушаешь, да  заслушаешься!
Даже не пытается  выказать нежные чувства   к влюбленной в него  вдовушке Беркутов новой формации (Егор Неугасов). Крупный, сильный,насмешливый , он как хороший шахматист, все ходы противника знает наперед. Уездные страсти-мордасти мало его волнуют.Симпатичны в этой малоприятной  стае только прелестная глупенькая Купавина Екатерины Буй (  руками, как крыльями  мельницы,  молотит она  зря) и  большой леноватый барин  Лыняев Сергея Ключникова.Овцы  слишком уж  наивны,  за  то и поплатились.
Есть еще один герой:  на волка   не тянет  и на овцу слабо похож. Аполлона  Викторовича  вынесут на сцену  закатанным в ковер,  слуги им манкируют. Алексей Дульский в этой роли намеренно грассирует ,его  спивающейся  прапорщик преисполнен ложной значительности. Он тоже жертва – только дурного воспитания.
В  версии  Каца нет купюр, как в других постановках . И после ухода двух «счастливых» пар Мурзавецкая с Чугуновым  долго  еще  друг другу  объясняют, кто ж у Островского  настоящие волки. Как волк волку, начистоту.Хищники вроде Глафиры и Беркутова даны  без  прикрас, они куда ближе к «дикому капитализму» наших дней, чем к «первоначальным  накопителям»  времен великого драматурга.Ни дорогие красивые наряды  (а наряды здесь очень красивы – от  известной театральной художницы Натальи Швец,как и  ее пуфики и  кресла в деревянных кругляшках) ни породистые лица, ни статные фигуры , увы,«не сделают душу — большой, а сердце — справедливым». Это большая удача Тамбовского театра, причем недавняя ( пьеса поставлена осенью). ...Закончу почти так же, как пять лет назад. Надеемся, к следующим обменным гастролям они  останутся в руках  хорошего постановщика.
                                                                        Ирина Крайнова, театральный обозреватель, член СТД России

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments