irin_krainov1 (irin_krainov1) wrote,
irin_krainov1
irin_krainov1

САРАТОВСКИЙ ТЕАТРАЛЬНЫЙ ИНСТИТУТ. Вечер актрисы и педагога СВЕТЛАНЫ НИКУЛИНОЙ

                                                                                                         

                                                ТА ГОРА БЫЛА – МИРЫ
И снова в Театральном зале консерватории - моноспектакль актрисы и театрального педагога  Светланы  Никулиной «Я не помню тебя отдельно», попытка соединить, казалось бы, несоединимое. «Евгений Онегин» Пушкина, «Поэма горы» Цветаевой…
Мерный пушкинский ямб, такой воздушный, такой знакомый, будто ты уже родился с этими строками,   сам же  их   и написал («Она ушла, стоит Евгений, как будто громом поражен»), легкая его ироничность по отношению к герою.И -  неудержимо стремительная цветаевская строка, где она и  есть  главный  герой, где все – обнаженные нервы,  крик простреленной  навылет птицы: «Гора валила навзничь нас, притягивала:-ляг! //Оторопев под натиском,//Как? не понять и днесь!»
Что общего между ними?  Любовь и разлука. Татьяна пишет Онегину, надеется, отчаивается, получает ответное признание – и расстается, любя и скорбя. Марина, любя и неистовствуя, прощается  на вершине горы  - так  хочет  ее возлюбленный. («Та гора была  - миры!  Бог за мир взимает дорого»).
Как донести до зрителя затертые от частого употребления строки,  чтобы не было привычно, когда слова скользят по нашему сознанию, ничем его не задевая? Можно просто  прочитать -  сдержанно без всплесков,  выразительно без вычурности, как одна  Светлана умеет. Актриса выбрала  более сложный путь - элегия-чиароскуро.
Чиароскуро – это стиль, прием освещения, основанный на принципах соотношения света и тени; создает ощущение объемности и глубины. …Тонкая гибкая фигура появляется в разных уголках сцены  - в разных позах, при разном освещении  (только микрофонов здесь четыре). Звучит   тревожащая музыка Генделя.В  финале  Светлана исполнит его Dignáre, где утихающая страсть соединится  с покаянной молитвой.   «Сподоби, Господи,//В этот день без греха,//В этот день без греха…»
А пение  ее впечатляет -  слышала   я своеобразное исполнение Вертинского.Выделит она  в первую голову ритм и в неровных строчках Марины,в каждом ее слове:
Я не помню тебя — отдельно.
Вместо черт — белый провал.
Без примет. Белым пробелом —
Весь. (Душа, в ранах сплошных,
Рана — сплошь.)

А значит - музыку ее  слова. Не сама ли Марина написала однажды, что «книга должна был исполнена читателем, как соната. Знаки – ноты»? И что в ее стихах  - «ледяная броня формулы, за которой – только сердце»…Сердце, или  пульс  любовной тоски бьется за чтением  актрисы, неровно и  - неизбито.
Сложней было  с «Онегиным». Уводя нас  от  шаблонного его восприятия,  она проговаривает скороговоркой  целые строфы. Цель ясна, но очень  уж непривычна ! Зато, когда неожиданно исполнительница  берет паузу, тихо и медленно выговаривая каждое слово … очищенное от множество интонаций и толкований, живое пушкинское слово всплывает ,как  проступает лик под   смытыми грубыми напластованиями. Представьте, я  как  заново услышала фразу «Но я другому отдана,//И буду век ему верна».
Актриса   (на сей раз вместе с  режиссером Муратом Абулкатиновым  и художницей Ириной Дерябиной) экспериментирует  с великими текстами. Не все в ее опытах  равноценно, но   то, что они интересны, несомненно.
                                                                                                                                            Ирина Крайнова, фото с сайта


                                                                                                                              
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments