irin_krainov1 (irin_krainov1) wrote,
irin_krainov1
irin_krainov1

Category:

МУЗЕЙ-УСАДЬБА БОРИСОВА-МУСАТОВА. Выставка "Пространство и время Борисова-Мусатова"


                         
                                                     НАЗАД К ГРАВЮРЕ

Мы снова (уже третий раз в музее-усадьбе Борисова –Мусатова!)  получили  доступ к редким  графическим экземплярам коллекции Владимира Беликова.
Владимир Гурьевич Беликов – человек известный. Доктор технических наук, член Международной ассоциации искусствоведов (АИС), Всероссийского общества библиофилов, Московского клуба любителей графики, президент Российской ассоциации экслибриса, участник  и организатор более 150 выставок. Две выставки из коллекции Беликова проходили и в мусатовском доме. В 2011-м  была   превосходного графика Ильи Богдеско "Рыцарь гравюры"(до сих пор помню его чудные иллюстрации к Дон Кихоту!). А в 2013 году  экспонировалась графика, посвященная литературе серебряного века "Свидание на Парнасе".
Теперь сотрудники усадьбы вместе с замечательным  коллекционером  создали не просто экспозицию – они как бы воссоздали «Пространство  и время Борисова-Мусатова» (название выставки), разместив в маленьких зальчиках дома  почти 90 листов печатной графики  с мировыми именами: Франсуа Милле и  Филипп КилианНиколя Дориньи и Франсуа Буше, Паоло Веронезе и Антонис Ван  Дейк, Снейдерс и Рафаэль… А рядом с ними -  лучшие  из российских  имен графиков конца XIX-начала XX века. Александр Бенуа и  Анна Остроумова-Лебедева, Мартирос Сарьян и Валентин Серов, Мария Якунчикова....
Поражает временной срез экспозиции – больше трех столетий, начиная   с XVI века. Но еще больше  действует та удивительная гармония, которой веет от  этих совсем  небольших листов.Видел ли их художник в своих путешествиях в Германию и Францию, рассматривал ли в гравюрах, часто –  в замечательных копиях  с авторских работ, как рассматриваем сейчас мы? Он знал  этих авторов,  что уже немало.
Как   образно пишет Владимир Беликов , «для нас навсегда останется загадкой, что подвигло травмированного  «в возрасте первого детства» мальчика взять карандаш и прикоснуться к бумаге: дыхание большой реки и заволжские просторы , разноцветье и запах цветущего сада, многолосие птиц, любовь и внимание  женского окружения… мечтательность, созерцательность?»...   Мальчик вырос, пришли другие источники вдохновения: «события и впечатления переплавлялись, и непостижимым чудесным  образом отражались в его полотнах: мелодии Чайковского, Вагнера и Грига, архитектура Франции и Германии, «романтизм родной нашей русской тургеневщины», и конечно, знакомство с шедеврами европейских мастеров.
Мы медленно движемся от гравюре к гравюре, восхищаясь мельчайшими движениями резца по доске, открывающие  величественные  библейские  панорамы с их античной красотой обнаженных тел  и торжественной парадностью  тканевых складок, простодушные пасторальные  сюжеты, роскошное  изобилие фламандских натюрмортов. Множество портретов. Рубенс в  пышном цветочном тондо, строгий мужской парный портрет с оригинала Ван Дейка, Бенуа и Добужинский в точной передаче Верейского, пышнобородый красавец Третьяков  работы Крамского. А невдалеке и сам Крамской -  с тонким  нервным лицом.Портрет актрисы Савиной и  художницы Остроумовой-Лебедевой кисти Серова.  Ее же  здесь Летний Сад, цветной и графичный.
В другом  зале больше пейзажей. Здесь Петербург и Москва, черепичная  островерхая Германии, еле различимый призрак Нотр Дама на парижской гравюре. Мягкие пейзажи Тарусы , рядом -    очень конкретные сельские серовские  зарисовки («Мальчик с курицей», «Волк на псарне»).
В самой маленькой комнате   мы  видим уходящего навсегда,  решительно настроенного Льва  Толстого, встречаем и  другие его изображения.И везде-везде  – цитаты из самого Мусатова.
«Мечтаю о Тинторетто и Веронезе. Завидую им. Мне покоя  не дает их свобода, не сдерживаемая холстами…Какое  это наслаждение, должно быть, работать  на холстах   по нескольку метров…Не знать предела своей энергии, своей фантазии, широким потокам краски…»
А творческие люди завидовали ему, маленькому художнику, травмированному   «в возрасте первого детства»: «В его картинах не было ни историчности, ни современности…Это был воплощенный в краски сон, или туманные и прозрачные мечты, или звенящий смех сквозь слезы. Меня поражали  музыкальные ритмы его живописи», -  писал композитор Сергей Василенко.
Повторим же за Борисовым-Мусатовым, что ОН создал себе свою жизнь. Теперь музей бережно воссоздает его Пространство и Время. Что еще  так безусловно прекрасно и так приближает нас к прошлому, как старинная гравюра? Об этом  красиво говорил на вернисаже выдающийся  знаток искусства Ефим Водонос.
                                                                                                                                        Ирина Крайнова


Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments