December 22nd, 2016

ТЕАТРЫ САРАТОВА. Театр драмы, музыки и поэзии "БАЛАГАЧИКЪ" как экспериментальная площадка



                            ТАЕЖНЫЙ ТУПИК
Многие еще помнят сенсационные в свое время  статьи Василия Пескова  о семье старообрядцев, прожившей много лет в глухом, малодоступном  уголке тайги и уже   в наши дни открытой геологами.
«Открытие» мало хорошего принесло семейству Лыковых. Один за другим все   поумирали от вирусов, с которыми их организмы знакомы не были. В живых осталась  одна старикова дочь. А  сколько   б они    прожили, не будь  этой роковой встречи?..
Герой рассказа Василия Шукшина не Лыков и даже не кержак ( старообрядец) .Старый охотник и курит,  и выпивает,  дети и внуки  его  уже городские жители. Но он вырос на этой земле, как никто, знает ее. «... в  сумерки  сидел  перед  камельком  старик  Никитич, посасывал трубочку. В избушке было жарко. А на улице -морозно. На  душе  у  Никитича легко. С малых лет таскался он по тайге - промышлял. Белковал, а случалось, медведя-шатуна  укладывал…» 
И в эту природную идиллию, где   старик-«безраздельный хозяин… большого белого царства», ворвался  лихой человек, чуть  не  «беглый каторжник». Почти. Как ни пригож незваный гость («парень все больше и больше нравился ему… молодой, сильный, красивый»),  цель у него одна – во что бы  то  ни стало  уйти от погони. Воля, о которой он  говорит, как о  своей  бабе – зло, куражно.  Тут для беглого зэка все средства хороши, как   для Раскольникова. Он  тоже считает себя сверхчеловеком ,   свысока
бросает охотнику:  «Ты – зверь ,тебе здесь хорошо».
Такой вот сюжет с ожидаемой развязкой  выбрал для инсценировки режиссер и актер муниципальных театров «Версия» и «Балаганчикъ»  Юрий  Лапшин. Он автор идеи, сценарист и постановщик. В «Балаганчике» такие  экспериментальные проекты    приветствуются. Шукшинская проза,  лишенная  всяких литературных украшательств и  стилевых изысков,  поднимающая  нравственные вопросы, привлекает этого сильного режиссера и актера. Здесь уже идет спектакль   по двум рассказам Василия Макаровича. Создав автобиографичный образ писателя, Лапшин получил  премию областного театрального фестиваля «Золотой Арлекин».Теперь  решил инсценировать еще два рассказа любимого писателя. Пока  в  форме эскиза  мы  увидели один . «Охота жить» вызвала в советское время немало нареканий   критиков. И
з-за его финала автора  даже обвинили в антигуманной позиции.
Мы  тоже услышали  на  обсуждении , что и  шукшинская проблематика   устарела,  и что  школьники  могут  все  неправильно понять: зло  здесь побеждает добро. Во-первых,  спектакль, который мы смотрели, рекомендован зрителям старше  16 лет. Во-вторых , жесткая концовка  ни на дюйм не приближает беглеца к желанной воле. Там есть еще такое понятие, как доля, каждый  сам  ее выбирает. Хорошо говорит об этом Никитич (его подробно, основательно , несуетливо играет актер «Версии» Владимир Кабанов): «Она, брат, как налим, склизкая: вроде ухватил ее, вроде - вот она, в руках, а не тут-то было».
Наша жизнь за эти 60 лет (рассказ написан в 1966 году) стала еще более жестокой: привыкаем к тому, к чему и  привыкать-то нельзя:  к каждодневным убийствам,   потокам крови, реальной и выдуманной, льющейся на нас  с  теле- и киноэкранов. Выходит, зря погиб доверчивый дурачок Никитич , честно  поделившийся с зэком  и  харчом, и  табачком со спиртом,   и  даже   старое  надежное ружьишко отдавший?  Снова отвечает  нам   Макарыч, надо только внимательней его читать: «Не было ба добрых людей, жись ба давно остановилась.  Сожрали  бы  друг друга или перерезались». А ведь переиграл слабый  старик сильного, ладного, ушлого парня! Открытостью и добротой своей переиграл. Вряд ли  тот старого охотника позабудет. Таежный тупик  - не  только сибирская глухомань, это тупик жизни,в который  мы себя  порой загоняем. Причем - добровольно.
Интересен в роли зэка Александр Котелков («Версия»), но пока он лишь обозначает перемены в настроении своего героя.  Два ключевых момента спектакля: просит охотника не выдавать его ночным гостям  (молит и угрожает одновременно)  и  "прощается"  с  Никитичем–  еще  не стали кульминационными в исполнении молодого  актера. Его Николай не убийца - сидел не за это, он  не законченный злодей. Мысль об убийстве приходит к нему внезапно,  и нужно ее  отыграть.
Но даже при  незавершенности работы мы увидели внятную историю, рассказанную  просто и эмоционально,  без  каких бы то  ни было перехлестов. История, которая чем-то очень  сильно  нас задевает. А для чего нужен театр, как не для  того, чтобы «до сердца дотянуть»?
Остается сказать, что в спектакле заняты  также актеры «Балаганчика» Игорь Гладырев и  Михаил Юдин, звучит   авторская музыка Гладырева , а в самом конце -  грустно протяжная казацкая песня.
                                                                                                                                               Ирина Крайнова