irin_krainov1 (irin_krainov1) wrote,
irin_krainov1
irin_krainov1

Category:

ТЕАТРЫ САРАТОВА.Саратовская ДРАМА.ПРЕЛЕСТНИЦА из АМХЕРСТА.

ПРЕМЬЕРА             
  ЭММИ
                         
                                              ТРОЛЛЬ И ЦВЕТОК

Цветок был  нежный и нелюдимый. Тролль  -открытый  и очень разносторонний.  Разводил сад,пек изумительные пироги с мускатным орехом и получал призы на кулинарных конкурсах.
И как-то они уживались в одной женщине, которая всегда ходила в белом и с друзьями разговаривала через приоткрытую дверь, не пуская в дом. Сказочным существом нарек  ее Джон Пристли: «Наполовину старая дева, наполовину любопытный тролль, а в сущности — смелый и «сосредоточенный» поэт, по сравнению с которым мужчины, поэты её времени, кажутся робкими и скучными».С эфемерным растением сравнила себя сама Эмили Дикинсон. «Росток, листок и лепесток//И солнца утренний поток -//Роса в траве -- пчела иль две --//Едва заметный ветерок//И я – цветок».
Эмили,Эмми -американский поэт 19 века, которую никто не знал,кое-как  сумела  опубликовать  около десяти стихотворений - из тысячи восьмисот, написанных ей! И то с большой  редакторской  правкой. Теперь Дикинсон называют среди первых поэтов Америки.  Писала стихи она  весьма своеобразно: короткие строчки  без названия, неожиданные тире и  заглавные буквы для существительных.
Жизнь Эмми   еще более странна.  Она почти не покидала свой маленький городок Амхерст. Ее пуританская семья жила в Массачусетсе с XVII века. Отец был юристом и политиком, побывал даже конгрессменом США. После школы девочка училась в академии, где изучала английский, латынь, литературу, историю, ботанику, геологию, психологию и арифметику. Затем -   в женской семинарии Маунт-Холиоук.Не окончила, вернулась в семью родителей и жила там, редко удаляясь от дома более чем на пять миль.Позже она  и свою комнату наверху не покидала,а булочки для племянников спускала из окна -  в  корзинке на длинной веревке.Впрочем,это легенды и мифы ,как и то,что она страдала эпилепсией.Явный аутизм Эмми объясняется ее самодостаточностью, погруженностью в свой мир.Она не отделяла себя от этого двухэтажного дома с колоннами,от  своих цветов на зарастающих клумбах,от лунного света ясной осенней ночи. Она не отделяла себя от природы .
Тихо желтая Звезда// На небо взошла,//Шляпу белую сняла//Светлая Луна, //Вспыхнула у Ночи вмиг//Окон череда --// Отче, и сегодня Ты//Точен, как всегда.
Ее стихи кажутся наивными и совсем простыми, в них наив и мудрость ребенка-поэта.«Намекни хотя бы взглядом//Заключенному о бегстве.// Даже ложь сладка бывает//Среди горестей и бедствий».
Или это: «Сражаться смело -- славный труд,//Но будет тот храбрее,// Кто разобьет в своей груди//Печали кавалерию».
Заключенная в узкое пространство сада и дома, она все хорошо  понимала и  чувствовала: и сладкий яд лжи, и  всепроникающую печаль, и   нашу, и  не  нашу  невечность под луной.
Я знаю -- Небо, как шатер,//Свернут когда-нибудь,//Погрузят в цирковой фургон//И тихо тронут в путь.//Ни перестука молотков,// Ни скрежета гвоздей --//Уехал цирк -- и где теперь//Он радует людей?
Благодаря любимому театру –академдраме и спектаклю «Прелестница из Амхерста»,поставленном известным театральным критиком  ,режиссером Ольгой Харитоновой, я впервые  узнала Эмми, познакомилась с ее удивительными стихами, которые хочется читать и читать, а еще больше –слушать.Пьесу о ней написал Уильям Люс.Написал тонко :это такое сочетание  писем и  стихов, найденных в шкатулке после ее смерти.
Пьесу  Ольга Игоревна поставила бережно, в дивном интерьере  театрального музея,где нет ни  сцены,ни  возвышений, ни специально настроенных декораций.Ничего искусственнного,преувеличенного .И Эмили - сама простота и элегантность  в исполнении  «отдельной»,штучной актрисы Тамары Джураевой. 
Не могло быть лучшего выбора.Джураева – актриса абсолютной природной органики.Без внешнего лицедейства, без видимых актерских  приспособлений.Она не играет героинь,а словно внутри себя находит и настраивает нужную  радиоволну  -иронии и любви (первая роль, которой она меня поразила, Силик в «Лошади Пржевальского» - тюз Киселева) , аристократизма и любви (Гелла  из «Мастера и Маргариты» - все были влюблены в Воланда,каким играл его Галко, и в Геллу),гордости и любви (Бернарда Альба в пьесе Лорки),любви и многотерпения (Тирца  в пьесе «Хлам» Йосефа Бар-Йосефа), любви и  материнской строгости (Кормилица в недавней постановке Ануя - большая удача актрисы).

Тамара, с ее  тонкой прелестью, и внешне похожа на Эмми,как о той писали: «Женщина с легкой походкой, тихим детским голосом и быстрым умом». Образно описывала себя поэтесса: «Маленькая, словно птичка-крапивник, с глазами, цвета вишен, которые гости оставляют на дне бокалов».
В героине актриса видит любовь, одну любовь. Не к отдельному мужчине. Хотя случилась и такая – к человеку, которого она видела два раза в жизни.Он был обременен церковным саном,она –одниночеством, и взаимная  их привязанность вылилась в переписку.Хотя – нужны ли были реальные,живые объекты той, что  не покидала своей мансарды, а фантазия  уносила ее в любой уголок вселенной?
Для того чтобы сделать Прерию, //нужны лишь Пчелка да цветок Клевера.// Пчелка и Клевер - их красота - да еще Мечта. //А если нет пчел и редки цветы, //то довольно одной мечты.
Это тоже Дикинсон,ее цитирует наш  замечательный поэт Дмитрий Быков в статье, где называет ее американской Цветаевой. «Как вы это переведете - "There are the days when birds come back", - о ясных днях ранней осени, когда одна или две птицы возвращаются, чтобы бросить прощальный взгляд? Как переведешь эту "лазурно-золотую ошибку" сентябрьских небес, вдруг напоминающих июньские? Как переводить эти короткие строчки, чаще всего две-три строфы, - чтобы отрывистость, нервность, нежность не превратились в небрежность?»- пишет он взволнованно.

А как  так прочитать ее стихи и сыграть саму Эмили,чтобы  ее нервность и  нежность не превратились в театральность, пусть даже в лучшем  смысле слова ? Придумать пуританский наряд для актрисы,поместить в музее  стенд со старинными  снимками ( меняются на нем  выразительные лица людей первых фотографий)  и прозрачными,как лепестки, шалями с  рифмами (художник Юрий Наместников) и доверить  течение пьесы ровному, приветливому голосу Эмми.Он почти не меняется:не крепнет,не наливается гневом и не набирается скорби, приличествующих моменту. Просто рассказывает нам свою жизнь под строгим крылом отца,от первой детской влюбленности, первого непонимания  самых близких( сестры и брата), первого осознания себя поэтом и первого же разочарования. «Мне бы хотелось, чтобы книга вышла в сафьяновом переплете», – говорит она взявшемуся ее поучать   критику и издателю.Хотя он не собирается публиковать даже отдельные ее стихотворения. Еще один повод выдать афоризм: «В короткой жизни сей,//Что длится час, не боле,// Как много -- и как мало --//Того, что в нашей воле».
Мы  уже чуть-чуть    устаем, когда начинается  собственно любовная история Эмили.Видимо,драматург не сумел прописать ее так  же увлекательно, как историю неиздания ее стихов и  добровольного затворничества героини.А, может,  для нее эта история была не так и  важна.
Медленно и изящно нарезав большой черный пирог – остается только зачарованно  созерцать грацию движений  актрисы- она уходит , плотно прикрыв за собой дверь. Видимо, к своим цветам и стихам.А мы, выдержав небольшую паузу, несмело встаем и делаем шаг вперед - попробовать этот «сухой»,без привычного слоя начинки пирог,куда отменная кулинарка  Эмми добавила два фунта муки,два фунта сахара,два фунта масла,девятнадцать яиц,пять фунтов изюма,полтора фунта смородины и еще многое,многое другое.Вкус божественный! Моя бабушка,наполовину немка, делала что-то похожее,но с более скромным составом продуктов , почему-то называя это молдавским пряником.
Раскатились на мифы бусинки жизни Эмили Дикинсон,раскатились по свету жемчужинки ее стихов, которые только вместе – ожерелье. Сходную с ней судьбу Цветаева предсказала еще в юности: «Моим стихам, написанным так рано,что и не знала,что я -поэт. //Сорвавшимся, как брызги из фонтана,//Как искры из ракет,//Ворвавшимся, как маленькие черти,//В святилище, где сон и фимиам,//Моим стихам о юности и смерти,-// Нечитанным стихам!..//  Настанет свой черед».Настал черед и нам узнать жизнь и стихи Эмили Дикинсон.  Хорошо, что это  случилось в Литературном театре Саратовской драмы,на ее новой Третьей сцене, на моноспектакле удивительной Тамары Джураевой.
Ирина Крайнова, фото с сайта театра
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments