irin_krainov1 (irin_krainov1) wrote,
irin_krainov1
irin_krainov1

Categories:

САРАТОВСКИЕ ТЕАТРЫ. Оперетта. Премьера по Гоголю.



     ВЕЧЕР  НА ХУТОРЕ В ЭНГЕЛЬСЕ
Название материала  невольно подсказала  завлит оперетты Эвелина Зорина, прислав приглашение  на премьеру
У нас действительно получился вечер на хуторе близ Диканьки,  а  потом   еще -   близ  Квасниковки.
Итак, в Саратовской оперетте, которая,  все  это знают, располагается в Энгельсе, поставили,  благодаря проекту  «Театры малых  городов России»,  волшебные зимние  «Вечера  на хуторе близ Диканьки» по мотивам Гоголя. Автор либретто и режиссер Борис Лагода, ставивший у нас  успешно идущую «Хануму». Художник- постановщик – талантливая Елена Немчанинова. При  обычной  скудности финансирования    художник научилась  обходиться минимумом выразительных средств.Тут средства были, и с  ее  легкой руки «Вечера» превратились в пленительную снежную  сказку, где красиво все, начиная с программки спектакля: кромешная южная ночь, Солоха на метле,Вакула  - на черте, парят себе пустые  метлы , опасливо смотрят в небо  степенные казаки и стоит  зачарованный хутор с  горящими глазами окошек.
Сказка продолжается и  на сцене. Маняще  светятся окошки хатинок, ровно валит из  каждой трубы дым, звезды на небе  крупные, яркие, с горох величиной . Да что ж я, у Николая Васильевича все  сказано: «Зимняя, ясная ночь наступила. Глянули звезды. Месяц величаво  поднялся на небе посветить  добрым людям и всему миру…». Крадут месяц Солоха с Чертом в спектакле изобретательно, прямо  с  бельевых щипчиков снимают, заодно со звездами (много еще здесь чисто театральных штучек).  Жаль , исчезновение месяца никак  не отражается  на  световой картине сцены – менее яркой она  не  стала.
По замыслу  постановщика, не сочная малороссийская  черт-баба Солоха  (Наталья Карамышева) – главная пружина действия,а  влюбленный в нее Черт ( Андрей Каленюк). Солоха запихивает в мешки очередного ухажера, как следует с ним пофлиртовав, будто  бы указке   Черта, жаждущего   остаться среди людей. Но если это оправдано  с казаком Чубом ( выманили  того из дома,  дабы не препятствовал свиданию Вакулы с  Оксаной), то  не совсем  непонятно с Головой и Дьяком – они-то нечистому на что?  И где, простите, вы видели черта, который  не запутывает, а еще  дорогу указывает?..Так быстро  казаки оказываются в мешках, что  даже не успевают отыграть  свои  страхи.
Зато  им хватает времени  на "пошляцкие" жесты в сценках с «чертовой бабой», без которых ни одна антреприза  не  обходится ( а как же 12+) ?  Ну как   «знову» не вспомнить  Гоголя и гениальную сцену  Солохи с Дьяком: «Тут он подошел к ней ближе, кашлянул, усмехнулся, дотронулся своими длинными пальцами ее обнаженной полной руки и произнес с таким видом, в котором выказывалось и лукавство, и самодовольствие:
– А что это у вас, великолепная Солоха? – И, сказавши это, отскочил он несколько назад.
– Как что? Рука, Осип Никифорович! – отвечала Солоха.
– Гм! рука! хе! хе! хе! – произнес сердечно довольный своим началом дьяк и прошелся по комнате.
– А это что у вас, дражайшая Солоха? – произнес он с таким же видом, приступив к ней снова и схватив ее слегка рукою за шею, и таким же порядком отскочив назад…» и т. п.
Ни грана пошлости, но в каждом слове - и жесте!-куда   больше эротики, чем во всех телодвижениях   Солохиных гостей   на сцене.Черт, маленький, вертлявый, ловкий в повести, крупноват  и  тяжеловат  для той миссии, которая  на  него режиссером возложена. А новые  сюжетные  метаморфозы  напомнили мне  фильм «Капитанская дочка» 30-х годов, где предатель и негодяй Швабрин выведен  чуть  ли  не декабристом и героем крестьянской войны. А   если Хлестаков  станет  говорить «только правду, ничего кроме правды»? Тогда, простите, он перестанет   быть Хлестаковым. Гоголя не перемудришь, как ни старайся...
Есть   перебор  и  в финале. Вечно пьяный Дьяк выходит с иконой, все селяне – с хоругвиями,как   собирались  бы  они на крестный ход,  вроде,   и Вакулу отпевают.Но ведь  только слухи прошли  о его самоубийстве. Народ  пришел в церковь  справлять Рождество,и  «на всех лицах, куда  ни глянь, виден  был праздник». Дьяк  настолько лубочный , шаржированный  (Георгий Базанов), что икона   нужна    тут  не каноническая, а какую  только и  может написать богомаз и кузнец  ( ту, где «испуганный черт метался  во все стороны, предчувствуя свою погибель»).
Досадные промахи,  увы,  портят общую картину  «Вечеров», в целом  - чудесную. Очень  хорошо играет  оркестр театра (главный дирижер А лександр   Жигайло),  привлекательна музыкальная канва   спектакля   (тандем постановщика Бориса Лагоды и композитора  Андрея Зубрича), где фольклорные мотивы сплетены с  нынешними ритмами и прорываются то задорными  всплексками  гопака, то протяжными украинскими  мелодиями . И  танцевальная, и пластическая стороны превосходны  (балетмейстер Владимир Ломакин), все выходы  кордебалета   органичны.Вихревые,выразительные танцы-колядки с мешками, с  гуляниями парубков и дивчат.Многовато, правда, «бесовских» плясок на фоне  «пожарной каланчи» церкви. Но  то уже замысел режиссера.
Хоровое пение, массовые сцены – все работает  на  весело жуткую  и жутко веселую атмосферу последней ночи –  разгула нечистой силы. Маленькими жемчужинками нанизываются на  сюжетную канву   эпизодические роли  болтливых Ткачихи и Панасихи (Татьяна Харькова ,Лариса Комиссарова) – сцена у реки,   ревнивой Дьячихи   (Любовь Данилова) - бабья  потасовка. Хороши «дородние»,   важные казаки Чуб (Александр Фатеев) Панас (Алексей Хрусталев), Голова  (Анатолий Горевой, чей зычный бас узнаем мы и в Пацюке).Колоритные, с характерным говором (Энгельс  не только «столица немцев Поволжья», но и  бывшая украинская слобода). Комично важны запорожцы. Финальный танец вовлекает вообще  всех героев в вихрь  волшебной украинской ночи.
Есть здесь  своя страшилка, как и положено  сказке.Только  не   вихлявый Черт,очень уж  злоупотребляющий немецкими  словечками.   Ленивый Пацюк, что  видит всех насквозь и  кое-как ловит летящие  вареники.  Бисов сын рангом повыше Солохиного кавалера будет.
Что  очень  важно для  гоголевского текста,который  родился из волшебных  ночных сказок, «когда собьются все в тесную кучку и пустятся загадывать  загадки или просто  нести  болтовню…» ,есть здесь    романтические герои –красивая обаятельная пара.  Любовь  они играть умеют – Ирина Лесных и Роман Каляев и " спивают" славно. Прелестна сцена в хате, когда красавица напропалую   кокетничает с зеркалом, а простодушный   кузнец  стоит  как зачарованный и сам с собой рассуждает: «Чудная девка! и хвастовства у нее мало!» Дивны костюмы   героев – яркие,  звонкие, не фольклорные ,  но с точным национальным акцентом.
После спектакля, под  живым  его впечатлением, мы  с подругой долго ехали на автобусе,  дивясь про себя,  что никак не кончаются огоньки маленького,  окраинно одноэтажного Энгельса. А  когда  уточнили, наконец, остановку, оказалось,  что  мы уже на подъезде к… Квасниковке. К ночи, зимой,  да   не туда сели! Выскочили стремглав, но  все саратовские автобусы проходили мимо не останавливаясь...Недешевая поездка в такси до моста, долгое ожидание на пронизывающем холоде  дежурного автобуса, случайный троллейбус уже до самого дома... кошелек на стойке  у водителя , который  прямо  рядом со мной   обронили, и  открытие, уже  в самую последнюю минуту, что кошелек-то мой , оказывается, был… «В поле бес нас водит видно да кружит по сторонам». А что мы хотим, если календарь  отсчитывает  последние  недели перед Европейским Рождеством,  а  на афише Саратовской оперетты  одна  из  самых мистических  повестей писателя ?..
                                                                                                                                                                  Ирина Крайнова
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments