irin_krainov1 (irin_krainov1) wrote,
irin_krainov1
irin_krainov1

Categories:

САРАТОВСКИЕ ТЕАТРЫ.ТЕАТР ОПЕРЫ И БАЛЕТА."Летучая мышь" - премьера оперетты

 В МАШКЕРАДЕ

Бал-маскарад, машкерад, костюмированный бал, притворство, актерство, лицедейство...
Так толкуется бал в  словарях. А «Летучая мышь» (оперетта Штрауса, поставленная в новой редакции в Саратовском театре  оперы и балета) — это, конечно, сплошное «притворство и лицедейство». Как там  по сюжету? Генрих притворяется на балу   маркизом-французом,  в тюрьме –  собственным адвокатом. Розалинда  выдает себя за даму, «похитившую» у нее фасон  платья, Адель  - за русскую актрису, Альфред 
за Генриха…И так  до бесконечности. Голова идет кругом! Недаром  сильно пьющему тюремщику все время кажется, что посетители двоятся прямо  на глазах (отличная характерная  роль Александра Багмата).
Все  эти запутанные сюжетные ходы  не   только  не портят  жемчужину среди оперетт, а делают ее еще привлекательней.  На первом месте здесь все же музыка 
изумительная, воздушная, как все  его пленительные вальсы, музыка Иоганна Штрауса младшего. Если бы Пушкин дожил до 1874  года, когда оперетта  короля вальсов увидела свет, непременно посоветовал бы  своему герою вслед за откупоренной бутылкой и  чтением «Фигаро» «переслушать»  «Летучую мышь . Кстати, пьеса Бомарше -  с таким же клубком интриг и всеобщей путаницы.
История  пьесы  «Никто не любит летучую мышь» (так она именовалась, когда после многих авторств и  переделок   легла, наконец,  на стол Штрауса), да и   оперетты «Летучая мышь»,  не столь безоблачна, как ее музыка.
Сначала немецкий драматург Юлиус Родерик Бенедикс
сочинил комедию «Тюрьма» («Ловушка»), в 1851 году  она  поставлена в Вене. Тут вмешиваются  французы, потом  снова немцы, потом… если в российских постановках указаны имена Николая Эрдмана и Михаила Вольпина как авторов либретто, то это только очередная его  переработка. Раньше сюжет начинался совместным возвращением приятелей с пирушки  в  большом  подпитии и ночевкой Франка на скамейке. Чувствуется, что Эрдман (наш гениальный, до конца  непризнанный комедиограф)  прошелся  здесь рукой мастера.  Теперь все  начинается куда стремительней: Генриху Айзенштайну  нужно сесть  в тюрьму. Его друг Фальк  превращен в директора театра, о  сцене мечтает  и легкомысленная служанка Адель.  Сразу все  ее усилия  попасть  на бал-маскарад обретают смысл.
Текст невероятно смешной, просто блестки юмора  везде рассыпаны. Особенно хороша сцена  Генриха, Фалька и Розалинды, где неверный муж тонет в  море собственной лжи, а верный друг его отчаянно вытаскивает.И
сцена, где  мило беседуют пьяный Тюремщик и еще более пьяный Директор тюрьмы.

В Саратовском театре оперетта шла много-много  лет, начиная  с 1984 года. Спектакль состарился,  его сняли с афиши, так   случается   на  театре.Но жаль было   оставлять зрителей без такой  великолепной комично-лиричной  и  музыкально-танцевальной истории.  И вот  – новая постановка  столичного режиссера Андрея Сергеева, частого партнера   театра. Дирижер-постановщик — лауреат Государственной премии России Юрий Кочнев. Художественное решение -  заслуженного художника России Сергея Болдырева.
Болдырев превращает сцену в пышный  чертог новой венской «аристократии» -  "аристократии денег". Наверное, потому все  здесь немного преувеличено и  тяжеловато. Обильны элементы декора, кровать  на переднем плане словно отвечает «аппетитам» турецкого султана. На ней  и происходит действие в будуаре Айзенштайна.
Что  выглядит  не слишком
светски: молодой человек, влюбленный в  неприступную Розалинду, впервые попав  в ее дом, с ходу  на  ложе любви   укладывается. Напомню,  в классических постановках  был все  же  диван. Достаточно  было молодому человеку снять сюртук в чужом доме и  ...  о, это  такой такой  моветон!..Многовато  ампирной  лепнины и  зеркал  и в  зале маскарада. Все ж таки Орловский  граф,  человек вкуса. Хотя… все  здесь хотят казаться  не теми, кто  они на самом  деле. Зато, когда зажигаются канделябры перед большими   фигурными  зеркалами, картина бала становится просто сказочной.
Интересно  превращение  конструкций зеркал  в тюремную решетку, ее тень падает  на сцену еще и  сверху, абсолютно  не  смущая веселящуюся  публику.  Из дома Орловского она  идет  «допраздновать»: если  можно где  найти ночью  выпивку,  то в тюрьме.

Костюмы к «Летучей мыши» шились в мастерских театра по эскизам   известной театральной художницы Ольги Колесниковой, а это, между прочим, 1з0  будничных, вечерних,карнавальных платьев, камзолов,  сюртуков. Они добавляют ярких красок  в   пеструю палитру постановки.

В прежней были музыка и пение, как всегда, правильные у академических вокалистов, но… То, за что  порой упрекают оперных певцов:  не все  себя свободно  чувствует в вольной стихии оперетты. Хотя Айзенштейн   заслуженного артиста России Виктора Демидова был чудный. В  новой постановке Андрей Сергеев и режиссер Михаил Музалевский  совсем не дают  нашим вокалистам  принимать  «любимые» статичные позы. Они действительно  играют  в полную силу.  К тому же такие молодые актеры, как Павел Корчагин (Генрих), Александр Корнеев ( Фальк) и Владимир Ушаков(Альфред) ,наделены кроме вокальных данных комическими талантами. В ансамбле с ними превосходно  смотрятся Надежда Федосеева (Адель) и Татьяна Соболева (Розалинда).
Красивого наполнения голоса мадам Айзенштайн ( сопрано) и ее романтичного поклонника (тенор) чаруют слух  и в совместных сценах, и в отдельных ариях. Розалинда здесь  мила  и наивна, как  графиня Розина все в той же  комедии Бомарше.И тоже  сыграет неожиданную для себя роль: мстит ветреному  мужу, спрятав под маской лицо. Правда, о его коварстве она узнает уже на балу и  тут же «включает» все свои женские чары. С влюбчивым Генрихом  Павла Корчагина жена  составила и  дружный вокальный  дуэт.
Н
арекания  вызвал у публики  возврат  к первоисточнику: партию графа Орловского ( как харизматичен был в  этой роли Герард Васильев!) поет   вокалистка  меццо. Но так прописано у   самого Штрауса. Другое дело – почему? Есть версия,  что писал  он роль  для возлюбленной, не обладавшим сильным  голосом.  Орловский как бы  «свадебный генерал», не так много у него выходов и вокала Кстати, позже, еще при Штраусе, партия  была переписана для  баритона.
Однако ничего дурного нет, если  женщина с  ростом, молодостью и статью, как Ольга Гё, удачно игравшая   юношеские роли, выйдет в нарядном камзоле  и побудет немного графом. Другой Орловский 
Марина Демидова округло  женственная, посему ее появление в мужском наряде вызывает  больше вопросов. Но любезного  хозяина бала она   изображает   убедительно.
Постановщик внес небольшие изменения  в сюжет. Так, служанка получает   приглашение на бал  от влюбленного в ее хозяйку Альфреда.  Но в целом сюжетная линия   сохраняется .
Увертюра,  виртуозно  исполненная оркестром, с ходу    погружает нас в тему. Мягкая лирика  сменяется мелодией-рефреном неунывающей парочки Генрих- Франк,  танцующая Вена заполоняет зал чарующими звуками вальса.Один из первых критиков   даже назвал «Летучую мышь» «попурри из вальсовых и полечных мотивов», и  наравне с другими собратьями  по перу бросил свой камень  в  австрийскую судьбу оперетты.   Хорошо, в Берлине не слишком внимательно  читали венские газеты. Там шедевр Штрауса поставили, и  с таким успехом, что  директор австрийского  театра,  убравший оперетту из репертуара, сам  же ее и вернул. Это я к тому, как опасна для общественного мнения огульная критика.
Нет, «Летучая мышь» саратовской оперы, красивая, эффектная, звучная, несомненно, относится к удачам театра и  просто обволакивает зрителя   венским мифом  о жизни легкой,  карнавально-беззаботной. В этот миф  тогда  еще верили…Прошло всего семь лет, как создана Австро-Венгерская дуалистическая империя.  Вольнолюбивые мадьяры получили некоторые свободы. В  танцевальную канву «Мыши»  удачно вплетен чардаш…
Миф о безоблачном рае, где  можно прожить под полумаской  (машкерад же!),  шаля и подтанцовывая
как он нам нужен сейчас.  Хоть  на час,  хоть  на миг. «Пусть  это только сон, но какой дивный сон!»
В новом спектакле всего  в  избытке – шикарных костюмов, пышных декораций, гостей  на балу и в тюрьме .Мне немного  не хватило танцев. Единственный положительный  отзыв   на венскую премьеру Штрауса сообщал, что «в партере можно было заработать морскую болезнь из-за покачиваний публики в такт волшебным звукам». И вообще «Мышь»  называют танцевальной опереттой.
Понятно, оперные 
не балетные, они лишь обозначают  движения двумя-тремя покачиваниями. Зато  кордебалет мог  бы  более  подробно показать  вальс,  чардаш,  ту же польку. Но есть ощущение, что и  развернуться  им  особенно  негде – так плотно населена сцена.
Публика в тот вечер    и сама входила в зал ,«покачиваясь", -  после танго-вальса Академии танца. Это уже второе занятие перед началом спектакля - новый увлекательный проект Саратовского театра оперы и балета. Первый раз зрители учились танцевать фигурный вальс перед «Большим вальсом». Балет тоже написан  на музыку Штрауса.
Теперь все   разучивали  танец, родившийся  из изысканного  вальса  и  чувственного южного танго. Не  вышло, конечно, сразу всех  плавно и  легко , как у руководителей школы. Но танцевальными ритмами прониклись все. Вальсы и мелодии Штрауса  так прекрасны,что   кажется:    они были всегда.   Даже послушать их  в хорошем исполнении   - уже за счастье.
                                                                                                                                                                                                                    Ирина Крайнова, фото с сайта театра



Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments