irin_krainov1 (irin_krainov1) wrote,
irin_krainov1
irin_krainov1

Category:

Одессос.Про нашу alma mater. Часть1



ОТРЫВОЧНЫЕ И ХАОТИЧНЫЕ ВОСПОМИНАНИЯ  о родном     факультете  одной его выпускницы …  страшно  вымолвить «скольколетней» давности. Часть 1
( опубликованы в книге «ИСТФАК, КАК МЫ ЕГО ПОМНИМ». Одесса, 2015 год)

Книгу привезла  из Одессы Эличка Белонович. А добыли ее  для меня две однокурсницы  - две Гали.
- Да, Багацкого мы с тобой проглядели … - сказала однокурсница при последней встрече. В смысле, недооценили. Ей  можно верить – кандидат наук, преподает историю искусства в академии строительства   и архитектуры.
Володя пришел к нам на курс   из академа и  развлекал нас  на семинарах   своими многосложными  ответами, в которых нельзя было разобрать  ни слова. Он ставил в тупик  даже преподавателей, пытавшихся  его понять.И  нам казалось, что  он просто манипулирует словами.А   человек так неуклюже выражал  свои  мысли. Родом   из маленького украинского городка, Багацкий  сумел   поступить  в аспирантуру , стать  доцентом, преподавателем факультета , написал учебник  по истории искусства .Однокурсница высоко его оценила.
Значит, правда, «проглядели» в своем юношеском высокомерии. Именно Володя несколько  лет собирал наши воспоминания о родном одесском истфаке и  упорно «пробивал» книгу. Я  не очень верила в его затею и послала  ему мемуары облегченно-веселые.Последние годы из-за известных событий на Украине  связь с ним прервалась.Я   и  не подозревала, что Володя пробил-таки книгу, отстояв независимость суждений и язык авторов мемуаров. Думаю,   за меня ему пришлось отдельно  побороться.
Там много текстов Багацкого, они очень откровенные, написаны с  большим запалом, как   может написать человек, знающий, что  дни его сочтены.Спасибо  за книгу, Володя,  и светлая тебе память!..
  Я  не причесывала свои воспоминания.Пусть они будут такими, как в книге.Итак, перенесемся в нашу юность.

…Скорее, это отрывки, время от времени всплывающие в памяти. Стройно рассказал обо всем Володя Богацкий, за что ему честь и хвала. К тому же он остался на факультете, знал его людей гораздо дольше и лучше, чем я. А у меня -  так, «импрессионизм». Даже не знаю, кто из наших  преподавателей  жив. Но, может,  и к лучшему. Буду говорить о них в прошедшем времени, но  как о молодых, какими я их запомнила. И обращаться, туда, где они меня все равно услышат.

Идеологические мы

  Думаю, каждый из нас,   поступая на истфак,  вряд ли преследовал  какие-то особые «идеологические» цели.  Просто мы любили историю, открывая в ней что-то для себя.  О том, что учимся на особом, «идеологическом» факультете, узнали с первого дня пребывания , и долбили нам  о том все 5 лет.
«Идеологические мы », и вместе с Лидочкой Юрченко и, кажется, Любой Костовой должны были сразу  после поступления мыть мужские туалеты в общежитии !( видимо, безыдейные физики мужеского пола сделали бы  это гораздо хуже). «Идеологические мы », и посему мне запретили даже думать    показать справку  ( из-за щитовидки солнце и  полевые работы  мне  противопоказаны).
«Идеологические мы», и потому на 1 курсе,  после сбора кукурузы старым дедовским способом на сентябрьском  солнцепеке  я  и мой редактор Перчик  ох, простите, Валера Чередниченко!) не отдыхали, как все люди, а ежедневно поднимали  дух  народа  «Боевыми листками». Интересно, каким образом, если сама я плелась в хвосте кукурузособирателей, а наш посланец с  кафедры КПСС помогал ползти за трактором, обсуждая  заодно очередной «Листок».Не мог же он  допустить, чтобы главный «агитатор» не давали  дневной нормы.Выпустив злосчастный «Листок» к ужину, я тащилась  еще и  в кино,  моментально  заснув на чьем-нибудь ближайшем плече.
Стенгазеты преследовали меня всю жизнь, ненавидела я их люто: заставляли выпускать во всех шести  школах, где  училась по Союзу.Потом еще на факультете,  даже  - в редакции областной «молодёжки» в Саратове, на учениях по гражданской обороне(! ) и , о ужас! – на областных детских журналистских конкурсах, где выступали мои «гуманоиды» (пресс-клуб в гуманитарном лицее при СГУ, который я вела).    Когда мы учились на третьем курсе истфака,  наш партком снова вспомнил, что «идеологические мы»,  и  велел выпустить  стенгазету.   Помню, там были  какие-то шаржи и дурацкие мои стишки (приношу запоздалые извинения всем, кто пострадал от  моего  довольно едкого   пера). После этого странного «Боевого листка» от меня на курсе  отстали, зато зачем-то  сделали замредактором   стенгазеты факультета. Заира Валентиновна (декан –ИК) настойчиво предлагала стать редактором, но я отказалась, как и  принять на себя «честь» возглавлять НСО (научно-студенческое общество) факультета   (замом  его я уже  была).Все эти почетные и бесполезные должности  сковывали  и ограничивали, а я всегда была не борец , ни Боже мой -  не  как Витя Клёнов ,  которого я очень уважала, а страшная анархистка.
«Быть начальником» не соглашалась  ни разу в жизни, хотя раза три  предлагали возглавить различные  газеты.В крайнем случае,   решалась  на  литературного редактора.
В связи с «идеологией»  нельзя не вспомнить нашего незабвенного секретаря парткома Некрасова. Вот уж кто мягко стелил, да вот  заснуть нельзя было! Вкрадчивый, обманчиво ласковый,  на лекциях он развлекал нас анекдотами из галантной  эпохи. Дело хорошее, ежели бы параллельно кто-нибудь читал  нам  регулярный курс   истории 18 века.Так нет же, и благодаря П. А. эту эпоху российской истории мы  не знали вовсе. Но вся напускная веселость с парторга  враз слетела, когда начался конфликт с нашим профоргом Витей Кленовым. Давить милейший П.А. пытался жутко, да не на того напал.
Вообще-то всех  курсовых начальников  (как-то парторгов, комсоргов, старост) нам спускали сверху. Витя был исключением.  Порочная практика  «зверху» портила даже хороших ребят. Помните, как вознесся так  над всеми назначенный комсоргом Володя Степанов? И тут,  совершенно неожиданно для самой себя,  я устроила бучу на комсомольском собрании факультета,  мы выбрали совсем  другого комсорга. А Володя снова стал абсолютно адекватным парнем, умным и добрым, как прежде (надеюсь, он на меня не обижается до сих пор ?) И еще - на наш «идеологически чистый» факультет не брали евреев,  был, якобы, такой  негласный указ. Игорь Любинский просочился чудом. Он был вылитый Остап Бендер в те годы, красивый, значительный,  такой же остроумный.
«Идеологией» зачастую прикрывали свою неумелость или неумность. Хороший человек был Алешечкин, и добрый очень, но  читал историю КПСС по двухтомнику, почти не отрываясь  от листа. Мы  это просекли, и тоже, что греха таить ,  на экзамене выразительно прочли ему ответы на билеты  из того же источника.
Справедливости ради надо заметить, что и на «идейных»  кафедрах бывали сильные преподаватели.  Позабыла фамилию дамы, которая  читала нам истмат, но это было интересно. Я  писала у нее научную работу на грани литературы и философии.Она   говорила, что мне надо серьезно  заняться философией,   звала писать у неё дипломную. Диамат вел Зуев. Это чуть не  единственный преподаватель, который заставлял нас  не повторять готовые чужие мысли, а именно думать.Худенький, почти прозрачный, с  каким-то потертым личиком .В чем душа держалась? Он велел на семинаре всем   открыть «Материализм и эмпириокритицизм» и читать эту китайскую грамоту. «Что непонятно?»- вопрошал  через некоторое время . –«Все понятно», - честно отвечали мы. Тогда он начинал спрашивать   по первому прочитанному абзацу. И мы понимали, что ничего не понимаем. Снова читали. Вроде бы , понятно. Но ежели пойти в глубь темы… Так могло продолжаться весь семинар. Не доверять расхожим  «клише» научил  нас именно он, «божий одуванчик» Зуев.
Помните, как он приводил на занятия семинаристов?  Самый зеленый из них был намного  «подкованнее» нас. Даже навалившись всей группой, мы не могли ему доказать, что «Бога нет».   Маша Шепелявая ( обычно очень  умные  приходили к нам из академотпуска) играла на семинарах  роль субъективного идеалиста, убедительно доказывая, что весь мир –плод её ощущений. 
Зуев ценил сообразительность, и  хорошо ко мне относился. А я подлым образом его подвела, когда  явилась неподготовленной на экзамен (кто-то  пустил слух, что диамат  легче легкого сдать). «Плавала» только так, и  лишь какая-то решенная в лихорадке     философская задачка спасла дело. «Ставлю пять за былую сообразительность»,- сказал Зуев, добив меня  своею щедростью окончательно. А ведь  он оканчивал философский факультет Ленинградского университета. Философы  были тогда  штучные , не как сейчас - умнейшие люди!  С другим я познакомилась в университетской библиотеке. Все называли его Вася-философ, рассказывали , что  в знак протеста против «режима» он работал сторожем ( и в психушке  побывал).А раньше преподавал в технологическом институте.Вася поставлял мне книги из спецхрана           
библиотеки, приносил напечатанные на папиросной бумаге эмигрантские стихи Цветаевой,  других из «белой стаи». Водил на закрытые просмотры фильмов  на Одесскую киностудию (  Маша же первая принесла на курс  «Мастера и  Маргариту» в журнальном варианте: мы по очереди  проглотили Булгакова на лекциях). «Диссиденткой» я не стала только потому, что Вася нравился мне  «как человек». Встречаться  с ним  «с иными целями»  я отказалась.
      За неоправданный гонор простите меня, философы нашей юности!
Цицерон   супротив Катилины
И еще один пресс, который давил на нас в то время.  Некий национализм, культивируемый на факультете. Согласитесь, когда в стране  государственным языком был русский, читать лекции по истории Киевской Руси (нашу общеславянскую историю) на  украинском было,  по меньшей  мере,  странно. В  моей родной Одессе все всегда  говорили на русском,  общались так между собой  украинские и еврейские наши соседи по коммуналке. Пока я путешествовала по школам страны, детям военных то разрешали не учить язык республики, то повелевали учить.   Я  учила туркменский, но не учила украинский,   сестра не учила казахский. Но   уж  коль    попала я   на   истфак с   лекциями  по истории Украины,  надо было научиться   их понимать.
Кстати,к концу учебы,  понимала уже все  и сумела объясниться с хозяйкой –западенкой  в Закарпатье. Но тут «виной» не  лекции ,а мое трагикомическое обучение у латиниста Теофила Ивановича. Теофил Иванович был вылитый иезуит со средневековых миниатюр.С узким личиком и носиком, тонкими ехидными губками и   приклеенной улыбочкой. На макушке – лысинка-«тонзурка». Он преподавал латынь…  на украинском языке.  Получилось так, что почти все   русские попали в его группу.  Пыталась поменяться, просила о том   наших  «щирых» дивчин: «Ми не дуже гарно розумием на  украинской мове»,- ответствовали они . Зато я «розумила» гарно . Лучшей развлекухи для всей группы, когда  Иезуит Иванович меня вызывал,  придумать было нельзя. Он спрашивал «на мове», я кое-как  переводила на русский, потом пыталась, с грехом пополам -   на латинский.  Да так, что все лежали от хохота.Тварина, например,  у меня была творением, а не домашним скотом., и т.п.
Теофил,  сладостно улыбаясь, мучил не только меня: латынь в расписании стояла  два  раза в неделю,   мы должны были готовить к каждому занятию все правила, все упражнения, все тексты, какие только встречались в параграфе, все крылатые фразы плюс  - 100  обязательных новых слов. Мне вообще кажется, что первые полтора года на истфаке я только и делала, что  учила этот   мертвый язык. 
Но настоящее  аутодафе Иезуит Иваныч устроил нам на экзамене.    Честно вызубрила всю грамматику. Однако  наш любимый латинист всегда действовал на меня, как удав на кролика. Гляжу в предложение, понимаю, что хорошо знаю «время» этого глагола, а вспомнить не могу. Спасли только декламаторские способности. Досталась   какая-то энная по  счету речь Цицерона против Катилины.  Терять мне уже было  совершенно нечего, я подбоченилась и возопила  на всю аудиторию: «Квусквум тандем абутере,  Катилина, пациенция нострум?!» Латинскими буквами  я это уже «не воспроизведу».Теофил сомлел от восторга  и поставил мне четверку, чуть ли не единственной в нашей  многострадальной группе.
Мы плавно  перешли к преподавателям. Володя подробно рассказал о многих. Я помню отрывочно, фрагментарно. Скорей, какие-то легенды о них. Мне они нравились, и  проверить их я не пыталась».
                                                                                                      (Продолжение следует)
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments