Category: армия

Category was added automatically. Read all entries about "армия".

САРАТОВСКАЯ АКАДЕМДРАМА. ФИЛАРМОНИЯ.К Дню Победы, офлайн



                                            МАХНЁМ НЕ ГЛЯДЯ?
«Прожектор шарит осторожно по пригорку/И ночь от этого нам кажется темней./Который месяц не снимал я гимнастёрку,/Который месяц не расстёгивал ремней»…
А что на что менять? Солдат  хранит  лишь «письмо от матери да горсть родной земли». Или карточку любимой и  снимки  своих детей. Меняться же  судьбой опасно, особенно  на войне, как  ни лихо поется о том  в песне Блантера и Матусовского . Ведь   солдата   каждую минуту поджидает смерть. Не легче  была участь  того, кто оказался в блокадном Ленинграде или  на оккупированной земле Белоруссии.А  на дне океана, отсиживаясь в  своей  «засеченной» субмарине  по  нескольку дней ,безо  всяких признаков жизни?
Великая ценность пьесы Ксении Степанычевой «Дни Победы», что  написана она на документальной основе. Перед премьерой спектакля мы встретились с ней в  театральном садике, у памятника Янковскому. Ксения рассказала, что сама из военной семьи: служил отец,  бабушка  - жена военного летчика.Она  столько раз рассказывала  свою историю, что внучка запомнила ее наизусть. Монолог  бабушки начинает пьесу.
А еще автору  хотелось показать простых людей,   особенно не «бряцая оружием» -  тех, кто просто трудились в тылу  и на фронте. Они встретили  День Победы -  дожили, дошли, дотерпели.Но   не могли  не вспоминать   самое начало, весь нелегкий свой путь  через войну. Ксения собирала материалы несколько лет,  беседуя с очевидцами событий (ездила  и в Петербург  на встречу с бывшей блокадницей).
Написаны «Дни Победы»  четыре  года назад, несколько театров уже  поставили пьесу. Драматург посмотрела   премьеру в Пскове – первый раз  побывала в театре за год изоляции.  Версия поразила ее максимальной  достоверностью. Актеры  сидели в Камерном зале  среди зрителей,готовясь  рассказывать «свои» истории. «Вычислить»  их было трудно. Пожалуй, только двух  девушек с довоенными прическами   можно  узнать заранее.
Высокий «градус правды» отличает и постановку заслуженного артиста России Виктора Мамонова в Саратовской драме. Художник (Юрий Наместников) постарался, чтобы не только «букли, коки», но  и платьица женщин, и   одежды  мужчин были в контексте времени. Добавочная находка – пожелтевшие  снимки актеров «в образе»  на экране.А в финале мы видим подлинные фотографии  «маршалов и рядовых» Победы, близких и родных   тех , кто присылал их  снимки в театр.
Спектакль был готов  уже к 19 сентября 2020 года  и  посвящался 75-летию Победы.Но    первый  раз   шел в режиме-онлайн. Который не видели ни автор пьесы,ни  большинство зрителей, наполнивших  Большой зал академдрамы.
Офлайн премьера, как и положено, проходила  уже накануне Дня Победы. Нас встречали билетеры и администраторы с георгиевскими ленточками  в петличках. Актеры выходили  по одному ,рассказывая  незатейливые истории   и оставляя  на круглом столике вещественные доказательства эпохи.  Одуванчики ( в голод   они были чуть  ли  не деликатесом: их  варили ,   резали
в салат). Пучок редиски, который Тоня (Татьяна Родионова) купила , чтобы  9 мая отметить. Солдатскую флягу бережно кладет  на стол Юра-артиллерист (Дмитрий Кривоносов). Банку тушенки приносит пехотинец Вася ( Илья Ульянчев ). Так  собирается  нехитрый  стол военных гостинцев,   ткется полотно 1418 военных дней и ночей ...
Подробностей много, слишком много  для беглого  изложения. Тут уже включается талант драматурга, ее  умение   незаметно вплести элементы художественного вымысла в ткань повествования.Мы  то  переживаем «любовный треугольник» вместе с   юным Ваней  (Александр Островной), то  посмеиваемся заодно с подводником Володей ( Валерий Малинин)  над  отчаянными девушками, решившими во чтобы  то ни стало служить на подлодке ( (Александра Коваленко и Зоя Юдина), то с благодарностью  вспоминаем вместе  Васей его командира,как он крайнюю молодость его сберег.
Текст Степанычевой будет жить, потому что в нем правда войны, которую  дети, если им  ее не напоминать, какписал поэт,  скоро  «спутают с Троянской». Нам  ее просто, доходчиво и сильно  рассказали актеры драмы - все  до единого.
Эстрадный театр «Арт-ревю» для детей Роман Бранта филармонии снова подготовил премьеру – в рамках проекта «Культура малой Родины», к 75-летию Победы и к 115-летию   нашего земляка, замечательного детского писателя Льва Кассиля. Спектакль «Есть такие люди» поставлен по мотивам фронтовых рассказов и повести «Дорогие мои мальчишки».
Постановку осуществил главный режиссер филармонии Александр Авдонин по своему оригинальному сценарию, где  умело совместил  несколько сюжетов. А начинается  действие виртуозной игрой двух аккордеонистов, песнями и стихами, в которых соединилась давняя любовь народа   к   русской тальянке и  баяну.
В теплушке закопченный чайник и печь-буржуйка.Два солдата, пожилой, строгий, с седыми усами Гурич  и молодой, веселый, безусый Алексей,  сопровождают вагон с секретным грузом ("Огнеопасный груз"). Эта  пара, неразлучная, неунывающая,  чрезвычайно находчивая в своем  стремлении доставить груз по назначению,  превосходно сыграна Александром Троицким и заслуженным  артистом России Романом Брантом. Вместо девочки-сироты режиссер  ввел  в сюжет еще одного солдата, который рассказывает историю, давно  ставшую легендой ( рассказ «Линия связи») . Раненый связист лежит  на снегу. «Всего лишь несколько сантиметров разделяют теперь концы провода. Отсюда к переднему краю обороны, где ожидают сообщения отрезанные товарищи, идёт провод... И назад, к командному пункту, тянется он…Неужели не хватит жизни, не будет уже времени соединить концы провода?..Он силится встать, опираясь на локти. Потом он зубами зажимает один конец кабеля и в исступлённом усилии, перехватив обеими руками другой провод, подтаскивает его ко рту…Он последним рывком дёргает провод и успевает закусить его, до боли, до хруста сжимая челюсти… Есть ток»…
Алексей   поражает старика Гурича сказкой  о славных мастерах Лазоревых гор  и о подлых ветрах, захвативших власть в Синегории. Это уже из повести «Дорогие мои мальчишки». Кассиль чтил  прекрасного детского писателя Аркадия Гайдара, погибшего в начале войны, и посвятил ему свое произведение,  показав его в образе  мудрого наставника Гая. Когда-то  этой повестью зачитывались,в нее играли так же, как в тимуровцев Гайдара. Были  пионерские объединения синегорцев. Сейчас  она почти забыта.Возможно, напомнить  о ней стоило менее "бытово", с помощью мультипликации или кукольного театра.Этот  сказочный кусок немного проигрывает  на фоне жестокой реальности: гибелью связиста с зажатым зубами проводом,  пикированием фашистских стервятников  на поезд,  геройской смертью самого Алексея.
Спектакль  получился небольшой, но  запоминающийся. Есть в  нем  некая тайна. Только в конце зрители  узнают, что везли в  вагоне… учебники и  детские   книжки -  в места,  едва-едва освобожденные от фашистов  Советской армией. Учительница (Наталья Воронина) вместе с юной  помощницей с благодарностью принимают  бесценный  груз.
Зрители еще не разошлись,и я услышала,как малышка хвалилась   перед другой девочкой: «А моя прабабушка  на войне воевала !Знаешь, сколько ей лет? 104,100... ой,нет… 94…».Она немного сбилась, что неудивительно в ее возрасте.
А я снова вспомнила слова Матусовского: «Покуда тучи над землёй ещё теснятся, для нас покоя нет и нет пути назад…». Они не отступили и не сдались, потому  победили. Но меняться с ними
судьбой все же  не стоит. Тем более не глядя.Они уже принадлежат нашей истории.
                                                                                                                                             Ирина Крайнова


ВЕСНА ПОБЕДЫ. Она - "ночная ведьма"

                                  ТО  ЮНОСТЬ  МОЯ В ОГНЕ…Часть 1

И еще один мой очерк  из того прекрасного  далека, когда  они почти все еще были живы, здоровы , молоды и счастливы. Не могу  не вспомнить   одну из удивительного племени «ночных ведьм» -   мою самую  любимую.
Жили-были девчонки.Смешливые и серьезные, долговязые и низенькие. Разные. Протрубили репродукторы беду,и ушли девчонки  на фронт.Какие  они были сначала невоенные…Ночь  октябрь 41-го, вокзал. В кучу сложены вещи. Ищут девочки  своего часового. Из-под груды матрацев высовывается испуганное курносое лицо: «Ой, темно как!..» Это  потом будут  ночные вылеты, гибель подруг, ненависть где-то у  самого горла…
В своей школе. Вот  так рассказывают обычно  о себе летные асы женского пола, отвечая, что такое подвиг  на войне.Готовность  или необходимость? Полторы сотни школ в разных уголках страны изучали до  недавнего времени ( сейчас ручаться  нельзя) историю прославленных авиаполков Марины Расковой.Десятки книг, сотни статей написаны  о  них.И все-таки есть признанный центр истории  расковцев – 93-я саратовская школа и ее знаменитый  музей.Нет, летчицы , штурманы, авиатехники расковских полков  не учились в ней. Но  считали своей и шли в нее особенно  охотно. Потому что в 93-ей  была особая атмосфера – теплоты и  искренней  привязанности к  вчерашним девчонкам, поднявшимся на смертный бой в огромное бескрайнее небо.
Именно здесь много  лет  назад я услышала вопросы, поразившие меня. Ребята хотели услышать правду о войне, какой бы неудобной она  не была.И  это в те времена, когда  так любили все «лакировать». Я  старалась  не пропускать встречи с летчицами расковских полков. «Нам очень  дорог малейший штрих», - поют  поисковцы «музейную» песню, здесь  и рожденную.
Мне  тоже дорог.Расскажу  о любимой гостье  школы.О Лидии Константиновне Демешовой. «Правду   без прикрас», как она говорит. «Общие места» со стандартным  пожеланием «хорошо учиться»   не проходят ни  у летчиц,  ни в 93-й  школе.Они  к этому друг  друга приучили.

Я решила! Довоенные фотографии – как кусочек , мирной,  не исчерканной  еще  пулеметными  очередями «мессеров»  жизни. Лидия Константиновна выкладывает  их веером.Останавливаюсь  на одной – загорелая  до черноты девушка, вся в белом,  радостно и белозубо улыбается. Летнее платьице, ухо чуть кокетливо прикрыл беретик. «Буду пилотом»,  - называлась Лидина заметка в заводской многотиражке.
Она  был  из "безотрывниц".Работала чертежницей, потом конструктором  на заводе. Одновременно( без  отрыва  от производства) училась в аэроклубе.  Выучилась водить самолет  - прославившую себя во время войны  фанерно-перкалевую «уточку».  Потом Аэроклубовцы постановили: всем  сдать на значок «Парашютист».
- Мне первой дали команду садиться в  самолет, - описывает  первый прыжок Демешова. – Самолет  набирает высоту. Слышу команду «вылезай», затем вторую – «пошел». Приземлилась благополучно, чувствовала себя замечательно…
В ее рассказе  нет     натяжек. «Прыгать»  Лида полюбила давно, еще девчонкой. С каждой свободной монеткой бежала  она в парк, где стояла небольшая парашютная вышка. А в детстве   казалась  огромной!
- Детям прыгать нельзя! – билетер заученно-лениво гонял мальчишек с молящими глазами. Лида гордо проходила мимо них, взбиралась  по лесенке. Она была рослой дивчиной.
В аэроклубе ловила любую возможность прыгать еще и еще.Когда  для расчетов посылали парашют с балластом, «за балласт»  была Лида .Эту свою роль  она играла вдохновенно. Но сначала  были бои местного  значения  дома. Она рано  начала работать. Ее заработок  для семьи имел решающее значение. Лида скрывала  от всех,  в особенности  - от больной матери,  свои летные дела. Пока  они занимались теорией,  еще можно  было. Но в майские дни аэроклубовцы стройной колонной прошли  по городу. Отец узнал  дочь, мать очень расстроилась.
Однако твердый и спокойный характер Лиды сыграл свою роль.Все возражения и уговоры,как о гранитную скалу, разбивались о ее слова: «Я буду пилотом. Я решила!».И мать сдалась: сама будила  в три ночи   на утренние полеты. Летом  это уже почти утро, хотя   поздно вечером  Лида  только ложилась после ночной смены. «Мне казалось, я  и  голову  не успеваю  на подушку  положить...Как выдерживала? » - удивляется  самой себе Лидия Константиновна.
А  тогда – вскочит, глаза промоет   и  - к новым «подвигам».  И как же  хорошо пройтись  по свежему утреннему ветерку! Хоть пешком,  хоть в гору  - на аэродром. Там  ждали ее  такие  же молодые, белозубые, бесстрашные…Кто  живет  без страха? Кто  не думает  о смерти. В 20  лет  ее просто  не существует.Разве можно погибнуть таким вот  молодым, красивым, веселым?..
В полк. Еще  одно важное решение пришлось принимать Лиде. Уже шла война, она работала  на заводе, там делали боеприпасы, у нее  была  бронь.Но как все,девушка  рвалась  на фронт,  ходила    на курсы медсестер.И тут узнает, что знаменитая Марина Раскова  приехала в Саратов и набирает  женские летные полки.Встречу Расковой и Демешовой  уже  не раз  описывали.Мы  договорились писать  только правду.Извлечем  же   этот  эпизод  из-под  бронзы многопудья.
Казалось бы, Демешову  надо  брать в женский полк с руками  и ногами.Пилот, парашютистка,  готовый инструктор… Но Раскова  никогда  не рубила с плеча.
-На заводе работаешь? Ты и так  фронту помогаешь! – и глянула строго.
Сердце у Лиды сжалось.Только  что  ни с чем отправили  ее сослуживицу: «Ты замужем? Так иди к мужу!»
Если  она сейчас  не  найдет самых  главных, самых необходимых слов, все пропало…
- Я  сама   из Сталинграда…  Хочу кидать  бомбы...  - проговорила  она медленно.
Ее взяли.  В 46-1 женский авиаполк. Сталинград был  тогда всеобщей нашей  болью.Но у Лиды была еще своя, саднящая раной,  боль  за  этот  город.Раскова поняла.
Энгельсская  летная школа – голубая Лидина мечта  - распахивала  перед  ней свои двери.Но впереди -  тяжелое объяснение с родителями…
-В школе  мы будем учиться три  года,а там,  глядишь,  война кончится, - успокаивала Лида маму,  не очень-то веря своим словам.
Однажды мать с сестрой приехали в Энгельс, вызвали на КПП Лиду,  вместо  нее вышла другая девушка: «Лида уехала  на фронт».
Сестра почти  несла мать  домой . Ноги у нее  то  и дело подкашивались…
Лидия Константиновна сама  теперь мама и бабушка, понимает:  нехорошо тогда    получилось.Но что  поделаешь, если двадцатилетние девчонки   самозабвенно  любили  небо, синий простор, полеты в этом просторе. Любили  жизнь, но  больше жизни  они  любили Родину.И подставили в  тот страшный год ей свои девичьи плечи, уверенные, что  без них-то  она  никак  не  обойдется.
Летное братство. Какое-то время штурман Демешова воевала в чужом полку.Пока   принимала самолет, ее девочки  были уже далеко.Мысленно  она была со своим полком.Хотя пока воевала  на Курской дуге, и  воевала  хорошо.А  было там пекло, из 9 бомбардировщиков хорошо, если  домой возвращались  2 или 3.Лида знала  этих ребят  по аэроклубу, по летной школе.Она  не успевала оплакивать  погибших.
На Курской дуге она первый раз узнала, что такое «падать».
-Мотор слабенький у наших самолетов, а  внизу чаща, овраги, ветер боковой развернул  нас   на лес, вспоминает Лидия Константиновна. –Самолет  без крыши, я  кричу пилоту: «Верка, разобьешься!»О себе и не думала: в 20 лет  мы все бессмертны.Еще раз самолетик повернуло в воздухе –и  мы рухнули .Машина на нас  сверху упала.А я из-под  нее вылезаю –и пошла, пошла, бойцов еще спрашиваю:  "Где  тут у вас  телефон?". Они обалдели: с неба упалаи- и телефон ищет.А я  помнила  только, что донесение в штаб армии надо  довезти.Прилетел  другой самолет,  на него пересела   -и в штаб.
-Может, еще и самолет поведешь? – пошутил пилот.Я  юмора  не поняла: «Давай!» Пересела   за штурвал.Пилот только  головой покрутил.
-Да ты  хоть выше поднимись, все васильки посбивала …-  нашелся, наконец, что сказать.
Что  это было? Шок, нервное потрясение, когда  любой ценой довершаешь  дело? Она  же  из «ночных ведьм», а  они все с сумасшедшинкой…Не скоро  удалось Лиде вернуться к своим девчонкам. Бесчисленное количество рапортов Демешовой, четыре вызова от самой Расковой были положены   под сукно.Но Лида, как мы уже знаем, девушка с характером.
...Она вышла  из самолета и увидела чужие, незнакомые  лица. «Неужели  не осталось  никого  из тех, кого я знаю, помню?» - заныло ее любящее сердце.Подбежали подруги, растормошили «Ты – наша,  ты  никуда  от нас  не уезжала», - обняла ее землячка Рая Аронова.
Лиду Демешову  любили в полку.Они  и сейчас ее очень  любят.Почему? В  ней  не особой живости  и огня,она  не может, как их комсорг Лукина, остановить лгуна или бахвала ( а есть в полку и такие) взглядом, одним  только взглядом…
Зато высокая, видная, большеглазая Лида умела дружить, как дружат настоящие мужчины: без зависти и пересудов.Так  дружат солдаты.Летное братство для нее  дороже самого  дорогого.И если кого-нибудь  нужно  немедленно спасать…
Перелистнем страницы военных газет: «Ночью Демешова  и Серебрякова вылетели бомбить аэродром  противника.И вдруг  летчицы  увидели, как цепкие щупальца  прожекторов схватили  один наш  бомбардировщик   и не выпускают  его. «Выручим  наших!» - решили Лида и Клава.Серебрякова  повела  машину  на  один из прожекторов,а Демешова  метко сбросила  на него  бомбы.Тогда Лида взялась  за пулемет. Огненные трассы потянулись к другим прожекторам..."

                                                                                                  (Окончание следует)


                                                                                                                                                                Ирина Крайнова

МАЙ 45 ГОДА. Откуда родом наши Журавли

          ШЕЛ СОЛДАТ НА ЗАПАД...

Этот очерк 1995 года посвящен моему любимому фронтовику. Умный, внимательный, интеллигентный, с живым блеском  черных казацких глаз… его все любили – студенты, преподаватели, коллеги-архитекторы,  обожали женщины, справедливо считая настоящим мужчиной, сильным и надежным.   Юрия Ивановича Менякина   нельзя  было  не любить «Я все время шел  на запад.Начал войну  под Сталинградом,где мы уже немцев били.Так  и шел  до Кенигсберга», - говорит Юрий Иванович.
Везение  на войне. Повезло,скажет читатель. Конечно, повезло.И когда в 17 лет  на фронт взяли, повезло.Он всем рассказывал: отец  красный казак, инвалид гражданской войны, ошибочно арестованный в 37-м году…Так и командиру воинской части доложил, когда  его  документы в сторонку отложили.Посмотрел командир в  темные,сухие,с недетской  горечью Юрины  глаза –и документы взял.
С ранениями  тоже везло.Два в руку, одно в ногу.И все -   не сли
шком тяжелые.Хотя и привели  к  инвалидности.
А уж как везло ему  на войне с болезнями! В донской степи  никто  окопов  для  них  не нарыл. Если ямку себе кое-как выкопал, тут и ночуй. Как-то утром стрелок Менякин  не смог выбраться из своей «ямки» - за ночь вмерз в лед. Бойцы его изо льда штыками вырубали.Но  даже тогда не кашлянул.
Болезнь  догнала уже в госпитале, где он ,раненный ,лежал. Двухстороннее воспаление легких, жар, беспамятство. «Как  там моя рука?» - беспокойно спросил Юрий, придя в себя. – «Руку мы твою  давно вылечили, а  вот самого   еле выходили»,  - призналась медсестричка.
И отпустили  солдата на побывку в родную станицу. Она неподалеку находилась.Никогда особенно упитанным он  не был, раны  же,  болезнь  и война прогнали с его лица остатки  детской округлости. Юрий Иванович  показал мне удивительную фотографию. Сиди мальчишка в буденовке,а рядом, едва  ли  его старше –пацан в шапке с красноармейской звездочкой. Худой, как щепка, смуглый,как уголек.Прямо  Ваня Солнцев.Но  это  не катаевский герой,а  настоящий солдат, который уже три месяца воевал, пройдя с боями  от Сталинграда  до Ростова. Которому выдали боевое оружие, но за малостью  лет и крайней худобой – карабин (укороченное облегченное ружье).Это солдат пехоты, которая шла по степи без прикрытия пушек и танков в лютый холод, таяла  день  ото дня, пополнялась молодыми-необученными и снова таяла…
Если придерживаться мнения, что могло быть и хуже,ему на войне  определенно везло. Он  даже рос  там и вытягивался. Не в боях, так в госпиталях.Был  такой парадокс, его  только  медики замечали. 17-18- летние мальчишки, не добравшие свое в мирное время, росли, пока лежали на госпитальных полках.
На второе свое ранение солдат Менякин вообще   уже не обратил  внимания,  хотя было  оно очень  похоже  на первое.Перевязался  и снова - «ура,вперед!». Возмужал, привык к виду крови? «Обтерся»  на войне.
-Война -  это работа,   спокойно и взвешенно  говорит Юрий Иванович.- Страшная, кровавая,  но  работа.И   надо привыкнуть жить и работать под пулями,  бомбежками  и артобстрелами.
Как родная меня мать  провожала… «Мудреют»  на войне скоро, но не сразу. А Юрия Менякина после Ростова успели отправить в военное училище на ускоренное обучение. Потом уже  солдаты учили   молодого лейтенанта своим премудростям. Были  они чуть  ли  не вдвое старше. Получает лейтенант Менякин приказ:  там-то и тогда-то начинать атаку.Старшее офицерство командует с наблюдательных пунктов. Комвзводов из окопов  обычно первые  выскакивают.
- Взвод, в атаку!- ринулся было вверх новоиспеченный командир. А  пожилой солдат его за ногу – и назад в окоп.  Командир в гневе: «Да вы что?! Да я вас!!..» - «Погодь, товарищ, лейтенант, не кипятись. Помереть  завсегда успеешь.  Надо момент  удачный выждать…» - неторопливо развязывая  вышитый кисет, проговорил старый  солдат.
И прав  оказался, чертяка! Выскочили  они из укрытия вовремя, и не захлебнулась их атака, как у другого взвода. Юрий Иванович благодарен своим солдатам, что молодость его сберегли. Генералы рассуждали иначе.Перед выпуском  из училища  один  из  них произнес речь: «Нам нужно  много  таких, как вы, дров  для растопки, чтобы поднять солдат в атаку». И ощущали себя восемнадцатилетние лейтенанты «дровами» для гигантской топки   по имени война.
Но    не  считали  Иванами Бездомными.За их спинами была Россия,с ее дремучими лесами и бескрайними степями, деревнями  и станицами. Родина напутствовала иначе. «Воюй справно: ты казак. Не  горюй,  не  тоскуй, не то вши заедят  и убьют первым делом!» - Юрина бабушка привыкла провожать своих мужчин  на войну.
Все время держалась, и  когда  уже за околицу повели новобранцев, заплакала-запричитала. «Да не про вас я больше плачу! Девок-то сколько сиротами оставите…»- оправдывалась старая казачка, утирая уголком платка глаза.
А как Юре  не воевать справно:  казак, он сначала верхом учится ездить,  потом уже  ходить.То же со стрельбой.  Никто их этим наукам  не обучает. «Раза два плюхнулся, шлепнулся, разок-другой промазал – вот  и освоил   коня и винтовку», -усмехается Юрий Иванович.
Моральные «плюхи» были  весомей и больнее. Менякины  - родственники легендарному комкору Думенко, Юре  он двоюродный дедушка. Следом за  краскомом пошли служить  Советам все  его братья, сыновья, племянники. Юрина тетя была «Анкой- пулеметчицей», орден имела за гражданскую войну.Когда в 20-м  году создателя Второй Конной  по ложному доносу расстреляли (есть версия, что  руку тут  приложит организатор Первой Конармии), на Менякиных станичники  косо посматривали. «Вон думенковская родня идет!» -  то  и дело слышалось  за спиной.
Но отец Юры пошел в гору.Учился в Москве в Коммунистическом университете, став приват-доцентом,  перевез  семью в столицу.Юра  там в школу пошел…Отца забрали в 37-м.Жену с сыном выселили  на Дон. Нашли  они заброшенную  хибарку,в землю почти  вросшую, и поселились в ней. Юра называл ее землянушечка. С фронта писал матери: «Как  ты живешь в своей землянушке над криницей? Обо мне  не беспокойся, я уже дальше Кенигсберга».
Уж и не помнит, сколько написал  он матери писем. Чтобы  не затосковать, по бабушкиному наказу, писал каждую неделю. Иногда –  по два раза.
«Получил сразу  три твоих письма,  - пишет  он матери 9 марта 1944 года.-Спешу  ответить, ибо  не спешить нельзя. Скоро снова в бой. Меня инересует вопрос, почему ты не работаешь сейчас. Ведь  со мной может всё случиться».
«Случилось» через шесть  дней. «Сообщаю  тебе  неприятную новость –я ранен в ногу.Но  ты  не беспокойся, рана  не  очень серьезная ,- с юношеской лихостью  писал сын 15 марта  и просил маму прислать фотографию.Свой карандашный портрет  он ей давно  отправил.
Еще  одно средство  от «окопной тоски» - рисование. Изобразил всех своих  товарищей, делал наброски пейзажей и архитектуры старой Европы. Привез с войны все рисунки. Мать  бережно хранила его письма – все  до единого. Он один у нее остался,  его лейтенантский аттестат  помог ей выжить.Письма треугольничком  или ромбиком, просто сложенные вдвое листы или проклеенные в виде конверта, с одной неизменной надписью: « Смерть немецким оккупантам». Теперь их хранит сын.
Громкое дело.Свою войну Юрий Иванович  делит  на две неравные части.На нашей территории  -  Сталинград, Дон, Белоруссия (Оршанско-Витебское направление), Литва. И - Восточная Пруссия. Когда на собственной территории фашист дрался вдвое, втрое ожесточеннее. Оба ордена лейтенанта Менякина – за Восточную Пруссию. Красной Звезды – за маленький немецкий городок, где фрицы   поначалу дали нам жару.
По приказу командира полка лейтенант с двумя солдатами протащили телефонный кабель к верхушке колокольни , сами вверх взобрались. У них с собой была стереотруба, показывала все  как на ладони – танки, пулеметы, копошащиеся   внизу точки  пехоты…Трое суток кольцо вокруг колокольни, оказавшейся в гуще  боя, то сжималось,  то разжималось.  Трое суток наблюдали  за ним  из поднебесья  трое бойцов. Их судьба зависела от  того, кто возьмет колокольню. «Живым  не сдамся!» - сжимал зубы молоденький лейтенант, но мыслями своими с солдатами  не делился. Не положено командиру горевать-тосковать.
Немецкая колокольня стоили лейтенанту нескольких седых волос. Он  так  ими гордился! Наконец хоть какая-то «солидность» появилась.
В то время Менякин уже командовал разведчиками. Орден Отечественной войны -  за дом, где они в подвале взяли в плен 20 немецких солдат.Они ворвались в подвал  на рассвете, со связками  гранат и криками «Хенде хох!»
Это было их самое «громкое дело». «Только в кино разведка совершает немыслимые подвиги.Мы  же обычно   просто брали «языков» и  ходили в «разведку боем». Знаете, что  это такое?»
Теперь  знаю, Юрий Иванович. Обманный маневр. Вместо  «широкого наступления  по всему фронту» в атаку  идет  одна рота. Прощупывает врага. Противник, на языке разведчиков, «обнажается», бросаясь в контратаку. Цель  достигнута!..
А  дело  было  в  Пруссии, здесь знание языка требуется, у командира же   -  курс неполной  сельской школы.Но когда есть желание и хоть какой-то запас слов,к нему легко  добавляются новые. Наверное, желание у станичного парня  было  огромное, если после войны  он служил  в Кенигсберге военным переводчиком.
Офицер, фронтовик, молодой,грамотный… Любая военная карьера    открыта.А было  ему после войны   только 19 лет и он хотел  "придумывать" и строить  дома.И писал, писал акварели со старыми острыми башенками.
А дальше…а дальше все  немного похоже  на сказку. Бывают  такие виражи судьбы.1945  год, в Союзе только один архитектурный институт. Конкурс  огромный. А у Юрия  нет даже аттестата о среднем образовании. И школьных учебников тоже.
Тогда он  взял учебники  на немецком языке  - и отставил в сторону все свои увлекательные прогулки  по окрестностям.Особенно запомнилась химия , наука   вообще сложная для запоминания,  а тут приходилось  зубрить ее  с переводом. Но десятый класс он  закончил экстерном ,   кроме  выпускного сочинения  «на всех пятерках».
Ездил в Москву , дошел до министерства культуры, чтобы ему, не уволенному в запас  офицеру,  позволили сдавать вступительные экзамены.Летал в Ригу  на «попутном» военном самолете в штаб округа, чтобы разрешили демобилизацию.
Его уговаривали остаться в армии,  серьезно предупреждали …Добиваясь своего с чисто казацким упорством,  он был тверд  и изобретателен. И  выиграл  этот тайм!
И превратились в белых журавлей…
После окончания института Юрий Менякин с группой сокурсников едет восстанавливать Сталинград: «С  него я начал войну, в  него  хотел  после войны вернуться».
Они с друзьями видели будущее города широким, просторным, с бесконечными стрелами проспектов, очень  зеленым. Город-сад  на месте руин. А пока  они возводили свой город, на Мамаевом кургане  задумали ставить гиперстатую. Понятна простота и символичность замысла: Родина-мать с поднятым  над головой мечом. Но величественности можно добиться  не только с помощью гигантизма.Архитекторы, люди  искусства и строительной науки одновременно, знают  это наверняка. Издалека такая огромная фигура может  напугать.Вблизи ее  невероятные параметры уже не воспринимаются. Менякин был  среди  тех, кто голосовал против проекта. И хотя  они оказались в меньшинстве,  свое мнение  о  нижневолжской «матери» фронтовик  не изменил.
Зато  ему удалось  отстоять свой замысел на примере нашего  города. Но все  по порядку.
25 лет Юрий Иванович был главным  архитектором Саратова.Его совместный с коллегами проект -  пешеходная зона Кировского проспекта  - получила Госпремию.Можно спорить  о внешнем виде проспекта после его благоустройства. Но  это самая оживленная часть  города, и мы уже не представляем его другим.
А вот за Журавлей на Соколовой горе  Менякину премии  не дали. Тогда как раз вышло постановление партии  об «экономной экономике», в связи с  чем -  о «воздержании»  от строительства памятников. Хотя куда нашим Журавлям с их скромными масштабами  до волгоградской статуи…
Как будто   не такой уж  «монументальный» этот  памятник саратовцам, ушедшим на фронт.Три тонких пилона нацелились в небо, ажурная тень журавлиного клина упала  на них. А виден отовсюду. Потому как   на самую высокую гору Саратова, у самой макушки памятника поместил своих журавлей архитектор-фронтовик.И  они действительно летят, парят  над городом, как души погибших солдат.
«Почему ваши  журавли летят  на запад?» – настороженно спрашивали  автора на обсуждении проекта . – «Потому что  наши солдаты  ушли  на запад и не вернулись, -  в  память  о  них».
Он  теперь очень  титулованный автор – заслуженный архитектор, член-корреспондент академии архитектуры,  ведет занятия на архитектурном факультете политеха. Но считает Журавлей главным итогом  своей жизни.  Любовно хранит дома  их  различные  фотографии, макеты, обрадовался    оригамному варианту журавлиного клина, который сложил   для  него мой маленький сын.
Один очень молодой солдат ушел однажды  из своей станицы  на запад –и вернулся. Его год  -  1925-й   война выбила почти весь. Из каждых  20 человек в живых остался только один. Слишком  юными, неокрепшими, неопытными   были  они солдатами. Сгорали, как те генеральские «дрова».  А кто остался,   уже   не забудет таких же, как они,  худых мальчишек в слишком свободных гимнастерках… Наши Журавли- и им всем память.
Никто никогда  не видел журавлиного клина вблизи. Он  далеко. В небе. В саратовском небе  он навсегда…
                                                                                                                                                    Ирина Крайнова, фото с сайтов


Журавли.jpg

ВЕСНА ПОБЕДЫ.ЖУРНАЛИСТ и ГЕНЕРАЛ



И эта статья из цикла к 50-летию Победы. Тоже опубликована в газете "Саратовская мэрия"

                                 ГЕНЕРАЛАМИ НЕ РОЖДАЮТСЯ
Когда  на войне  хоронили,  говорили: «Он  не дожил до светлого дня Победы».Михаил Иванович Сафонов  не дожил  до  дня  нашей полувековой Победы. Всего два месяца…
Я последний журналист, который брала  у него интервью. Странно,  но «печаль моя светла», совсем  по-пушкински.Он  был чистой, открытой , цельной натурой, генерал Сафонов.Вы замечали наивность   и детскость взгляда  у очень старых людей? Как будто жизнь, сделав  полный оборот, возвращается  на круги своя. Он писал обо всех. О нем – крайне редко.
Генерал Сафронов смотрел  на меня с  добротой и доверчивостью  ребенка: «Вы напишете обо мне?» Да,  генерал. Выполняю свое обещание.
И на Тихом океане… начинали свой поход.Семья была обычная крестьянская - многодетная.Но давали себя знать крепкие сибирские корни отца.Всех поставил на ноги, всех вывел в люди.Михаил в армии с 1928  года. Уходил  на срочную  службу и не знал, что растянется она  на долгие тридцать лет, и выйдет  из него профессиональный военный.
Был  на заре своей юности Сафонов  лихим кавалеристом,  отличился в боях  на КВЖД и на озере Хасан. Тяга  у тогдашних крестьянских  детей к науке  была огромная, нам  «за далью лет»  не вполне уже  понятная. Сержант Сафонов охранял комдива Рокоссовского,   и тот хотел его  за лихость и верную службу к ордену Боевого Красного Знамени  представить. А сержант  - ни в какую. «Товарищ комдив, вы меня лучше часами наградите, чтоб я на занятия  не  опаздывал». Он  «без  отрыва» в институте учился. Часы будущий полководец  будущему генералу вручил,  хотя  немного опешил: от  орденов  не отказываются!
Еще раз пересекутся их  дороги. Уже в Германии,в разгаре ожесточенных  боев  за Берлин, отыщет Рокоссовский своего «строптивого» подчиненного, обнимет и расцелует: «Спас   ты меня!» В предвоенные годы маховик репрессий завертелся полным ходом, Рокоссовский   служил уже  в Ленинградском военном округе. Искали  на него компромат, как  на всю талантливую военную верхушку.И за характеристикой обратились  на его прежнее место службы. Парторг Сафонов  хорошо знал, что  именно от него хотели получить. «Я могу дать  только самые положительные отзывы о  бывшем командире дивизии», - твердо сказал он ,а потом написал как секретарь парбюро. К гражданской профессии приобщиться Сафонову   не дали – растили  из  него  «красного командира» на смену  тем, кого выводили  под корень.
О быте офицеров  довоенной поры лучше помнит сын Михаила Ивановича Петр. Детские впечатления всегда самые яркие.Жили  они в палатках на станции Лазо.Жилье строили сами, всем миром –с радостью месили кизяки  беззаботные мальчишки. Дисциплина в Дальневосточной армии была образцовая. «Если б  наша армия стояла не  на востоке, а на западных границах, никакого «молниеносного продвижения» немцев   не  было б », - говорят в один голос оба военных  -   отец и сын Сафоновы.
…Собирались когда на вечеринку офицеры-дальневосточники, открывали бутылочку Кагора  на 10-15 человек. «Отец  не пил и не курил. Вот будет война, говорил, тогда и пить,и курить придется», - воспоминает Петр Михайлович.
О  скорой войне  красный командир Сафонов знал, мысленно к ней  готовился, но и  там  не начал пить  и курить. «Я отвечаю  за каждого солдата.Как же я могу пить  перед боем?» -говаривал он  обычно .
От солдата  до генерала. Военному делу учился много. В Новочеркасском военном училище, в военной академии, после войны -  в Академии Генерального штаба.Война застала его  на Кавказе.Бывший конник теперь служил в пехоте.В первые  дни  их сильно  обстреливали из Ирана. Почувствовав, что «слабинки» здесь  у нас  нет, затихли  на время.
С полмесяца  обороняла бригада Сафонова ( где он был начальником штаба , а  фактически  -командиром, тот здорово  "закладывал"), Грозный, не пуская фашистов к нефтяным  богатствам. И -  поверим генеральскому слову: тогда наши войска  были на высоте. Они хорошо знали, кого защищают.
За Кавказ у Михаила Ивановича  три награды. Орден Боевого Красного Знамени привез лично Георгий Жуков. Сафонова там  и контузило. Всего у него 3 контузии, 2 ранения , 13  орденов и 35 медалей.И высшая солдатская медаль «За отвагу».И высший орден страны Советов – Ленина.И высшие полководческие награды – ордена Кутузова и Суворова.В блиндажах   не отсиживался генерал и во время атак – отсылал туда слишком ретивых адъютантов. Хоть  и не совсем  по уставу, он ведь был начальником штаба дивизии на Южном, 3-м , 4-м Украинском ,  1-м Белорусском фронтах. В представлении к очередной награде написано  строго и немного  торжественно: «В годину тяжких испытаний  он честно выполнил перед Родиной  долг солдата и гражданина».
Между тем слово генерал происходит  от латинского «генералис» - общий, главный. Глава, вожак, отец. Это  точно о Сафонове.
Девушки и генерал.Михаил Иванович был старше многих  на войне, и, придерживаясь   патриархальных отношений, привнесенных из большой крестьянской семьи ,а может,  от старого офицерства, которое он еще немного застал ( «полковник  наш рожден  был хватом – слуга - царю, отец- солдатам…»), любил и берег каждого солдата. А уж если  солдат женщина …
Я только затронула  эту тему,  Михаил Иванович  тут же подхватил: «У меня в подчинении  было 86 девушек – медсестры, связистки, радистки, снайперы…». Он  до сих пор  может каждую назвать  по имени.
- Не разрешал я им  на передовую ходить, даже отдельные приказы сочинял. Да разве наших девушек удержишь! Они же впереди всех  бегут. Вот  так Ольга Таршина на Днепре  и погибла… -  ясны очи генерала затуманили несладкие воспоминания.
-А ты спроси его, скольких фронтовичек  он спас после войны, помог им  встать на ноги, найти работу, учебу продолжить! - говорила мне  ответственный секретарь Саратовского СЖ Воля Князева, узнав, что я собираюсь к Сафоновым.
Я спросила. Смущенно хмыкнул бывалый воин и перевел разговор на другое.   Рассказала обо всем  сама «спасенная девушка»: «Он разыскал всех  однополчанок, помогал чем мог.  Всегда поддерживал словом- твердым, мужским. После войны многие  косились: «Фронтовичка! Знаем, как вы там воевали…». Однажды сижу с маленьким ребенком ,голодная. Как он  только почувствовал? Заглянул в глаза: «Тебе денег дать? Сколько?» Всё! Никаких возражений  не принимал.
Михаил Иванович читал в наших душах, как в книгах. Он был старше нас намного. И мы принимали его  за отца» .
Отец и сын. У Михаила Ивановича  очень  хороший сын. Внимательный, спокойный, улыбчивый. Невестка тихая, мягкая. Я  говорю со всеми сразу. Воспоминания  о войне витают под высокими потолками  генеральской квартиры . Помните  этот  серый, немного суровый с виду дом на Большой Казачьей ,прозванный генеральским? Я водила туда маленького сына, чтобы показать ему настоящего боевого генерала.
Петр Сафонов, сын Михаила Ивановича, тоже личность. С восьми  лет охотился на косуль и волков. С десяти лет проводником в тайгу брали  только  его. Один раз  он там  почти  ослеп, но и с повязкой на глазах, наощупь вывел экспедицию к деревне. Школьником не раз убегал  на фронт. Его   ловили,под арест сажали : «Куда  тебя понесло? Ты и выстрелить  не успеешь!» Но его «несло», несла  высокая волна,  вздымавшая тогда грудь многих советских мальчишек.
В 17 лет, наконец, взяли на фронт. И сразу -  в разведку.Где самое, оказывается, трудное – выйти живым из неудачной разведки.Командира ранили, он всю  дорогу причитал: «Кончайте меня ребята,  не майтесь !» Тащил его Петр  на себе, как самый сильный. В чистом поле. Только по отдаленной песне  разведчики  догадывались: в овраге наши.Спасибо, туман вовремя подплыл,  и их возвращение замаскировал.
Три встречи было у сына с отцом на войне, каждая запомнилась  до мельчайших  деталей. Как-то  они заметили, что письма  друг от друга стали очень быстро  приходить. Сегодня пошлешь – завтра ответ  приходит. Потому что воюют  они  уже  рядом.
Через какое-то время вызывают лейтенанта Сафонова в штаб.А за  ним «грешок» водился: сменял у поляков плащ-палатку на картошку и самогон. «Что-то быстро прознали  про всё в штабе», -  огорчился лейтенант.
-Товарищ полковник, разрешите  обратиться!- доложил по всей форме  Сафонов младший старшему по чину. В  нарядной шинели и новой папахе  и не признал  сразу отца.
Думаете, отечески  любивший младших по званию,   Сафонов старший
оставил своего единственного сына  при штабе или хотя бы к себе  поближе? Велел отмыть, отчистить  от вшей - и   тут же услал в разведку.
Они встретились уже в Берлине, когда сын привел отцу 600 пленных из министерства авиации. Сидел тогда Петр Михайлович в подвале дома напротив , а из каждого министерского  окна торчало  по пулемету.Приходит в подвал  переводчица: « Просят, мол,  офицера  для переговоров». Шел Петр Сафонов  через улицу  под прицелом сотни пулеметов и о матери  думал, чтобы  не думать о смерти.Правда, после успешных переговоров «зубки»  у «вооруженных»  окошек сразу пообломались. Немцы – народ дисциплинированный.
В третий раз  они встретились с отцом в поезде, сразу после войны.Сын ехал  за новым назначением, отец –учиться в академию. Сопровождающие генерала были обескуражены.Сын? Да   тот его иначе как «товарищ генерал» никогда    не  называл. И генерал  о  нем никому  не рассказывал. У больших начальников есть  одна привилегия: относиться к своим детям иначе, чем,к подчиненным.Генерал Сафонов  так   и делал: к собственному сыну  относился еще  более строго и требовательно.
Генерал-журналист.Незадолго  до смерти Михаила Сафонова  приняли в Союз журналистов. Он очень  ждал, когда получит, наконец,   членский билет.
-Генерал-журналист? Знаем мы, какие бывают журналисты среди генералов!- хмыкнул мой коллега.
Смею вас  уверить,  он не знает! Многие  годы Михаил Иванович  на общественных началах возглавлял  отдел военно-патриотической работы «Зари молодежи». Издал  5 документальных  книг.  Шестую успел  подготовить к печати. Они не были похожи  на обработанные «генеральские воспоминания». Писал ли автор о  боях за Кавказ, Молдавию или Берлин,  который штурмовала его 301-я  стрелковая дивизия, рассказывал  обо всем живо,выпукло, как  на встречах со школьниками и солдатами.А встречам «несть числа» -   по сотне в год.Выросла уже целая армия саратовских парней, которым, как сказано в одной статье, Сафонов «поведал правду  о войне».
Его «Семнадцать штурмовых дней» - одна из лучших книг  о Берлинской операции. Думаете, генерал цитировал  мне свою книгу? Как самый дотошный журналист, Сафонов исправляет  неточности, вкравшиеся в историю войны уже после войны. Об  этом он и рассказывал.Например,  о Трифоне Лукьяновиче, белорусе,у которого на оккупированной территории погибла вся семья. Он  готов  был задушить  Гитлера собственными руками. Даже водили Трифона к генералу успокаивать.И что  же? Именно  он добровольно  отправился в нейтральную, хорошо пристреленную зону спасать немецкую девочку.
-Мы  брали Трептов-парк, я видел все своими глазами,а теперь пишут что это другой  был солдат,   и  памятник Освободителю с девочкой  на руках    не  ему посвящен. Я, конечно, статью  написал в центральную  газету…
-Или вдруг публикуют сообщение, что Борман, приспешник Гитлера, остался жив.А у меня  дома из рейхсканцелярии Гитлера  пачка фотографий. Наша дивизия ее   брала. Послал я  тогда в Москву два снимка мертвого Бормана и свою статью.
«Вещественных доказательств» эпохи у  Михаила Ивановича почти  не осталось.Имелся у него чемоданчик-аптечка из крокодиловой кожи фрау Марты Геббельс. Тот самый, ампулами  из которого  «добрая мама»  отправила  на тот свет своих  шестерых  детей.Но  нет уже давно того чемоданчика, он в ленинградский музей сдан.
Пожалуй, одно «свидетельство»  Берлинской операции у генерала  и есть.Старенький потертый монокль  на длинной ручке. Подарок немки. Ее, двух ее голодных  детей , еще  много старух и детишек поставил  на довольствие в только что взятой немецкой  столице русский генерал.
...Он  никогда  не писал  о себе. Всегда  о других.Переписывался с несчетным числом однополчан.К местным  ходил сам, выясняя, кто как живет.Наш  последний разговор  по телефону  был коротким. Я  спросила , какая у Михаила Ивановича любимая песня.
-Смуглянка-молдаванка!-  даже на расстоянии почувствовала, как улыбается в трубку неисправимый жизнелюб  Михаил Сафонов. И снова детски  открыто спрашивает меня. - А вы правда напишете обо мне?
Да, мой генерал. Простите, не успела  при жизни.
                                                                                                                                                                            Ирина Крайнова


ДО ПОБЕДЫ 1 день. Военные дороги журналиста БОГАТЫРЕВА

 
         
Богатырев.jpg  ПРО БОЙЦА
Писать  про нашего журналистского богатыря - Аркадия Александровича Богатырева  совсем не просто. Слишком мы его все знаем. Больше  про его мирное  время, конечно.Да и  сам  он писать мастер. Вон какие книги выпускает. А   про свою войну рассказал он мне очень  давно, ровно четверть века назад.  Очерк вошел в серию , получившую Золотое перо  СЖ.  Пусть   это  будет  мой  скромный букет   храброму  Солдату и  светлому Человеку.

Книга «Про бойца» Твардовского на все времена.Как Теркина ранили, убили, как снова встал  он в атаку, как сбил  из ружья самолет,  как не унывал в самых   больших переделках и -  дошел  до Победы.
Мой  герой  сродни литературному  персонажу.И его ранили… пять раз! Мелкие ранения  он  даже  не подсчитывал. Чуть  не убили. А он все подшучивал  над собой и соседями  по окопу, и подвиги свои за подвиги не считал.Цитаты из «Теркина»  точно ложатся на его фронтовую судьбу.

Мы - ребята вятские
                                                                Грянул  год, пришел черед,/ Нынче мы в ответе/За Россию, за народ/И за все  на свете

Он  из дома на фронт уходил последним.А вернулся первым,так получилось. Он ведь самый молодой был,за него больше всех  у матери сердце  болело.Но бывают чудеса на свете. И младший, Аркаша, и братья его,  отец – все вернули    с фронта. Ребята  они вятские, крепкие да удалые.
А на фронт Аркаша еще  шестнадцати годов собрался,   пришел  в военкомат с одноклассниками.
Но  их очень быстро  за дверь проводили.И  только хотел  самый рослый   из них  по детской привычке сморщиться и заканючить: «Дяденька, возьмите нас, нам во как надо!» , как военком сам его пальцем  поманил: «А ты, парень, задержись!»И взяли, к зависти остальных мальчишек, Ивана Никулина во флот.
С войны друг  не вернулся. Потом Аркадий кинокартину видел  с интересным  названием  «Матрос Иван Никулин» - про геройскую гибель моряка .Был  ли это их Иван? Кто   знает.Вятские -  ребята  смелые.
А  Аркашу с товарищами  военком тогда обнадежил: «Учитесь военному делу в школе – сгодится!» Они   и  учились. Особенно   на стрельбищах старались.Аркашин товарищ  тогда  свинью подбил – переусердствовал.
Сдержал свое  слово военком.В декабре 42-го Богатыреву сровнялось 17 , а  через  несколько дней  повестка на фронт пришла.На войну уходил  уже довольно умелый стрелок.

В окопе
                  Это  наши, понял парень, -/Наши бьют, теперь каюк…/Он сидит за стенкой дзота,/Кровь  течет, рукав набряк…

Богатырев  воевал в пехоте (114-й стрелковый полк 325-й стрелковой дивизии). Прошел с ней, матушкой, от Пскова   до Риги. По мирному счету   - невелико расстояние .На войне каждый шаг датся большой кровью. Из всей роты  уцелело меньше десятка солдат.Почему так выбивала война служивых «царицы полей»? Летчики  отбомбят  -  улетят.Танкисты  отстреляются  - и ходу. Артиллеристы...у них    свои позиции. Пехота повоевала  - и сидит в окопе, нос к носу с немцем.Переговоры   вести можно.Ну  и постреливать, само собой.Потому у рядового (старшины  - после сержанта) Богатырева  столько ранений.В плечо,в руку, в грудь, в живот.Кинжалом, осколком, пулей. Чем угодно. Контузия  плюс.
Бомба соседний окоп накрыла, а  к ним по прямой волна пошла – оглушила, ослепила,  голову  задела.Неделю  он  тогда в медсанбате отлежал.  А  больше  не выдержал, пришел к  командиру назад проситься.
-Да как же ты, глухой, будешь пайки  на солдат  получать? А команду как им  подашь?  - удивился командир.
Никто  не знает, как это получалось, но на войне  быстро поправлялись. Скоро  слух к старшине вернулся...
Коли фриц зацепил бомбой или чем еще, - тут все понятно.А если   свои по своим шарахнули?..Пехоте всегда достается больше других. Один раз «Катюша» их  случайно   достала.Второй раз уже  прямой наводкой  по ним стреляли.Слишком быстро богатыревский взвод вперед  продвинулся.  По подсчетам ракетчиков ,там немцы  еще  должны   сидеть. Только старшина с  солдатами в чужом окопе расположились…наши бьют!..
Видно, та фронтовая обида   глубоко
у Аркадия Александровича засела, если  он до сих пор  друга-артиллериста подначивает: «Ну и где твой снаряд? Всё летит?»

В атаке
               Как  на древнем поле боя,/Грудь  на грудь,что  щит  на щит, -/Вместо тысяч бьются двое,/Словно схватка все решит.

Аркадий Александрович  был  на войне солдатом. Но  часто поднимать людей  в атаку приходилось ему. Война выбивала   только так  молоденьких лейтенантов,  и   оставался Богатырев для прибывшего пополнения то  за помощника командира взвода, то  за комвзвода.
- Всяко бывало! Командую «В атаку!», а из окопа  никто  не вылазит. «За Родину! За Сталина!» - кричу в голос, бегу  вперед.Сидят в укрытии - и ни  шиша. Рву  тогда  из кобуры пистолет: «Первого, кто попадется, расстреляю!» - Поднял-таки в атаку...
Страх заразителен и опасен  на войне.Пуля всегда выбирает  труса.Но  это "старый вояка"  девятнадцати лет  от роду объяснит "молодняку" уже после атаки.
-А самому  разве  не страшно подниматься во весь  рост, выходить из укрытия?
- А что поделаешь? Надо. Внушил себе, что  меня не убьют,  только ранят... в ногу.Ребята подсмеивались : вот  точно  теперь в ногу  не ранят, раз загадал.
В одной атаке  ему  здорово досталось. Добежал  до  немецкого окопа –  чувствует: что-то тяжелое упало  на него сверху. Инстинктивно присел ,чтобы удар смягчить.А это фашист ему на спину прыгнул.Целился кинжалом в сердце, да промазал. Наш  боец сам его гранатой  по голове ахнул.Снова все по Твардовскому вышло: «Незаряженной гранатой Теркин немца – с левой шмяк!»Оглушил  врага и вперед побежал. А кинжал-то в груди остался , чует солдат  - мокнет  гимнастерка, тяжелеет.Но атака, некогда  ему,  кое-как  вытащил кинжал. Сунул в карман – и вперед. Хотел  тот немецкий трофей домой привезти,  да в каком-то госпитале «свистнули» у бойца его законную добычу.
Про атаки Аркадий Александрович знает все . Они ведь в плен  не брали -  те, что «первой цепью» шли.В  окопе фашиста оставишь, так он  тебе   в  спину выстрелит. «Вторые», что  следом шли,  и пленных брали, и  награды  все  за них  получали.

В разведке
                  Или  немец с автоматом, /Лезть  наружу  не дурак, /Там следит за нашим братом,/Выжидает.Как  не так.

В разведку  ходили  за «языками».И  немец за тем  же хаживал. Вот какой был случай. Двое салаг стали с плота противотанковой гранатой рыбу глушить. «Они бы  меня спросили, - досадует Аркадий Александрович. – Я б  им  дымовую шашку присоветовал.А  такая мощная штука,как противотанковая, взрывается сразу.Плот  на берег  выкинуло вместе с  этими дурачками».
А через несколько дней Богатырев шел с четырьмя  бойцами в штаб и чтобы скоротать время,  эту историю   рассказывал.Один боец уже все  слышал и  от своих  оторвался. А в засаде  семь фашистов его поджидали,  сунули ему кляп в рот. Ротозей,к счастью,  успел выстрелить.Пришлось его с боем от  немцев  отбивать .
- Многие неприятности  на войне происходят  из-за нарушения устава. Отрываться от своих  никак нельзя, - наставительно говорит Аркадий Александрович. «Аккуратист», он и подчиненных учил "чтить военный кодекс".Но  и на старуху бывает проруха.  Вот еще  один «случайный случай».

По воду
                                                 На войне,в пыли походной,/В летний зной и в холода, /Лучше  нет простой, природной,/Из колодца,из пруда…/Лучше нет воды холодной,/Лишь вода была б  - вода.

После боя, когда жажда стала нестерпимой, заметил сержант Богатырев упавший «журавль», и, подхватив два котелка (   автомат снял, чтоб сподручнее было),  пополз к колодцу.А у колодца в зарослях два фрица сидели.
Чай,не 41-й год. На вооружении у пехотинца  пистолет и тесак,  граната и ракетница. Только последняя у разоружившегося   сержанта   имелась.Ракетницу Богатырев  на немцев  и наставил. И еще знаками  показал: ползите, мол, сюда.То ли фрицы смирные попались,  то  ли  они  так к концу войны  присмирели,  но  на сигнальное «оружие» среагировали, ползут. Тут сержант как закричит!  Хорошо,  товарищ  смекнул , что  дело не ладно,
с двумя автоматами прибежал .– Так они и водички  напились,и трофейные часы заработали себе.Но устав после  этой истории сержант Богатырев спрашивал еще строже.С себя  -в первую  очередь.
Начинал   войну в обороне.Крепко  они там, окопавшись,сидели…Фронтовик й  Богатырев  до сих пор уверен, что обороняться легче, чем наступать.
Ходил с бутылкой с зажигательной смесью  на танки .Выдержал все обстрелы,  бомбежки, атаки, а сыпалось на него  сверху и со всех сторон столько смертоносного  железа – хватило  бы  на сотню  таких, как он.Но кто-нибудь   должен выжить в  этом аду.Израненный, он вставал    во весь  рост , поднимая других в  первую,   десятую, в последнюю атаку...Не привык пулям кланяться русский солдат Аркадий Богатырев.Вятские, они   не из таковских.

Именно его и еще 599   из  огромного количества фронтовиков  пригласили   в Москву на Парад Победы  1975  года.Не по числу наград –у солдата  их  меньше, чем у офицера. За стойкость,   отвагу его, за доблесть его .Что бы делали   на войне все маршалы и генералы, даже самые лучшие, без простого солдата – смекалистого, веселого и  отважного? На Богатыревых земля держится...
                                                                                                                                                                                      Ирина Крайнова
                                                                                                                                                                                 

ДО ПОБЕДЫ ТРИ ДНЯ. Женщина на войне , окончание

     


                                                  ИМ ТАНКОВ  НЕ ДАВАЛИ. Часть 2


Репортер погибнет – не беда
Еще  один эпизод всегда вспоминает  ГМ  на встречах.Как в окружение  попали   и выходили из  него.Было  это в самом начале войны.Ехали  на полуторке еще с несколькими корреспондентами.Беззаботные молодые люди уснули, а любопытная Галина все  окрестности  озирала.И глаза ее не подвели. «Мы же к немцам едем, глядите!» - кое-как растолкала  она своих «молодцев».
Хорошо, те быстро сориентировались. Нашли лесок, пригорок, пристроили пулемет.
- Стрелять умеешь?- спросили они самого маленького корреспондента. Галя умела все.
- Будешь стрелять, а «трибунал» тебе ленту будет подправлять (на пригорке собрались  не только газетчики).
-А вы? – испуганно спросила Галя.
- А мы в атаку пошли.
Атака была удачной. Даже пленного с санитарной сумкой взяли. Сумку отобрали  - там такие аптечные  богатства оказались! – пленного  отпустили. Сначала ожесточения к врагам  не было.
Галя лазила  на самое высокое  дерево смотреть, где немцы.Тут  она первый раз  дедушку вспомнила.А второй  раз  - когда им  надо было реку переплыть. За  ними следом шли немцы.
Дедушка был фармацевт - потомственный.Пережил столько властей и жизненных бурь…И твердо знал  одно: легко в  этой жизни  не бывает. Любимую внучку  готовил к ней своеобразно: закалял, учил в саду своего  дома по канату, на турнике лазить, переплывать  речку в любую погоду.
Галя помнила  дедушкины уроки: завязала  на голове вещи и –прыгнула с обрыва. А кто плавал плохо и не решился…никто  не спасся.
А еще дед учил стойкости.А если ты еще почти девчонка,бредешь в лесу, ничего  не подозревая, ухватилась  за ветку березы… и с ней прямо  на танк с черной свастикой вышла?Потому что  это никакая  не ветка,а камуфляж, а у танка сидит здоровенный фриц с автоматом…Испугалась удалой боец Сухова? Конечно,  она всегда сначала пугалась.Но тихонько  отступила  - и ноги в руки!
  Это еще что. Один раз с задания возвращалась и в темную избу зашла переночевать. Только утором поняла, что всю  ночь спала с… мертвяками.Выкатилась поскорей колобком.  Что поделаешь? Война!

…Из окружения  они выходили долго.Группами. В их группе даже два генерала  имелись.Конечно, генералы сами себе харч добывать  не станут. Наряжали «дивчинкой» и отправляли в деревню малорослую Галю.Что подадут добрые люди, на том  и держались.А когда все живые-здоровые к своим пробились, кто-то из доброхотов «стукнул», куда надо, и общую кормилицу Галю исключили из комсомола . На общем собрании! Зачем  она  перед врагом форму советского  бойца снимала?
«Дурь  натуральная»,-  скажет кто-то. А с этой дурью Сухова жила  долгие годы. И  награды ее обходили,и в штат  областной газеты в Саратове,  как несознательную  и беспартийную,  не брали. Она-то в аналогичной ситуации, когда в «Комсомольской правде» арестовывали всех подряд и очередного «врага»   исключали  из комсомола, голосовала  против. Но  не у всех  было столько мужества, как у  маленькой дедушкиной внучки  с веселыми кудряшками.
- А у нас  один часовой  на посту заснул.Три дня бои непрерывные,, умаялся парнишка.  На войне лучше три дня не поесть, чем  не поспать.Подкараулили его и  под трибунал подвели.Я имела глупость пойти смотреть расстрел.В  ложбинке трибунал заседал, красным стол  накрыли: «За измену Родине!»  и т. д. Когда  в него выстрелили,я сознание потеряла.
-Так страшно было?
-Не страшно, а жалко.Почти  ровесник мой , молоденький совсем.
Всего-всего боялась боец Сухова. А лезла в самое пекло.Но страшнее самых страшных взрывов, воя сирены и танковых атак, был  леденящий душу ужас: и этот враг народа, и тот.А дед учил стойкости.И выпрямляться, когда сильно  гнут.  Галина Сухова написала  письмо Иосифу Сталину. За что расстреляли солдатика,  и  пороха  не нюхавшего?Е е не  тронули. Не  дошло  до адресата?
После войны  она  тут же  направилась в Кремль.
« Пропустите,я только с фронта, мне к Поскребышеву!» – вид у девчушки  был  такой решительный , что ей дали трубку: «Звоните».
Личный секретарь диктатора ее письмо помнил:
- Мы приняли меры.
Галя  уже  знала, какие меры  они принимают. Если  до сих пор не занялись ей, значит, до трибунала  добрались.  « А солдатика  не воскресишь!» - подумала она  с горечью. Сдавило горло, как будто   воздуха не хватает здесь…Повернулась по-армейски кругом – и скорее  прочь, на весенний простор…
От Москвы  до Бреста
«…нет такого места,где  бы  ни скитались мы в пыли», - мурлыкала  про себя военный корреспондент  любимую песенку.Уж она-то поскиталась по городам, краям и странам с наступающей Красной Армией.И везде в первый ряд  зрителей гнало ее невероятное любопытство. Чего уж ей смотреть , как  из бывшего  его имения графа Потоцкого выводить будут – ждать замучаешься! Но  дождалась.Запомнила даже синюю  одежду  польского магната. Глаз-то  наметанный, профессиональный! Удивил, правда, ее магнат. Взирал  на нее, как на «чудо в перьях».И вовсе   не в перьях, а в старой гимнастерке, видавшей виды Галя была.
Но  больше всего  обиделась она  на румынского короля.
-Подписывали акт отречения  от престола. Вышла королева-мать – строгая такая,  в черном платье.Вышел  король  - высокий, красивый( совсем в ее вкусе –И.К.), очень молодой, чуть старше меня. У  него престол  отбирают,  а он смотрит  на меня  и улыбается. Ясно почему – армейские брюки  на мне  неженские, вид  довольно нелепый.
Ну, я ему потом устроила. Приезжаю в газету и небрежно так говорю: «Слыхали  новость? Румынский король к нам в колхоз просится.Уже и заявление подал!» Мгновенно  по армии «утка» разошлась. Мне  же ее потом   и пересказывали.
Вместе с армией побывала неугомонная журналистка  даже  в Китае, где участвовала в поимке белогвардейского атамана Семенова.Но  это уже другая история, а их у Галины Михайловны – мешок и еще столько  же.
Вы знаете, о чем  она жалеет? Что  не поко… повыковыривала драгоценные камни из золотой чаши , конфискованной в Вене. С ее отчаянной головушки станется! И тут  же  говорит:
- Нет ,судьба  меня берегла на войне.
- А может, потому и берегла, что наживаться на войне, на чужом горе  не стали...
Прозрачные, светлые глаза Галины Михайловны озаряет внезапная   догадка:
- Да , берегла  меня судьба!
И следует история  об  одной…язык  не поворачивается назвать ее женщиной!… спрятавшей у  себя фашистскую засаду.Когда они со старшиной входили в дом, где была засада, Галя вдруг  растянулась   на ровном месте,  и первый шаг сделал старшина.Те пули, что его скосили, были ее пули.Судьба, однако...
      И «фитиль» всем прочим
К праздничному вечеру в СЖ Галина Михайловна заказала стихи. Конечно же,  это была Корреспондентская застольная Симонова с таким вот припевом: «Жив  ты   или помер,/Главное, чтоб в номер/ Материал успел ты передать./И чтоб, между прочим,/Был «фитиль» всем прочим,/ А  на остальное – наплевать».
Уж чего- чего, а фитили прочим воекорам  маленькая корреспондентка вставлять умела. Ее газетные  «подвалы» в каждом номере читали всей армией.Как беречь  топливо,  как заботиться о своей матчасти…тут без ляпов, правда, не обошлось. Лихо  назвала Галина в своем материале какую-то деталь танка триплексом.А  это , ей объяснили,  расстояние от днища  до земли.
-С тех пор ребята-танкисты прохода мне  не давали. Чуть что  - кричали: «Галя, иди сюда, мы как раз триплекс продувам!»А может, и  не триплекс  называется?... Короче,  это расстояние они «продували»! ( да,не триплексклиренс,я уточнила -  И.К.)
Но какой журналист может похвастать, что никогда не сделал  ни  одного ляпа? А задиристые, бодрящие и - веселящие статьи Суховой  на фронте любили.
И у самого  талантливого  журналиста был  когда-то учитель.

- Меня учил Юрий Жуков.Как-то написала заметку, а он  изорвал  ее и выкинул.Я  так испугалась! Он сам вместо  меня написал.У него «просвечивало белоснежное, с изюмом печенье» и. т.д. Все  так красиво и подробно описывалось Так я поняла, как надо  делать расширенную  информацию...
Знаете, что первым долгом сделала Галина Михайловна, когда  пришла  на февральскую встречу ветеранов войны? Она сразу дотронулась  до роз, живые ли. Репортер же!..
Есть  такая профессия  на войне. Она выковывает удивительных  людей.Если  к ней  лез с приставаниями подлец, она стреляла в него не раздумывая ( хорошо, обошлось  без жертв). Если ее крошечной дочке не хватала молока (а  встретились  и полюбили  они с ее отцом еще  на фронте), она садилась между горбов верблюда  и гнала  на базар.А  если кто  хотел примазаться к славе воевавших, она всегда умела  его  отбрить и чисто суховской едкостью. Мало  не  казалось!..
Это  редкая честь  и большая роскошь  - говорить, что думаешь, делать, что  хочешь.Счастлив  тот, кому  она дается.По праву рождения,воспитания или  - все же  характера?

                                                                                                                                                Ирина Крайнова

5 МАЯ -День печати. До Победы 4 дня. ЖЕНЩИНА-КОРРЕСПОНДЕНТ НА ВОЙНЕ

             
 
Сухова.jpg

                 ИМ ТАНКОВ  НЕ ДАВАЛИ
К 75-летию Победы решила  перевести в электронный вариант  несколько очерков, которые  писала   еще «старым  дедовским способом»  четверть века  назад, к 50-летию  великого Дня. Фронтовики тогда были еще полны  сил, энергии и всегда   отвечали  на мою просьбу  рассказать настоящую , не парадную правду о войне. За серию очерков о них я  и получила первое  Золотое перо.
Сегодня набираю  статью, которая, по-моему мнению ( довольно жесткому, кстати, к самой себе), точно удалась. О нашем брате-журналисте Галине Суховой. Отчаянная была сорвиголова.  Стопроцентная женщина, влюбчивая  до глубокой старости ( ей  страшно нравился  красавчик из «Вестей» Петя Кухта). Может, что и приукрасила она  в своих мемуарах, не без  этого. Фантазия у нее била ключом. Но  то был живой  рассказ  от первого лица.
Я  не показывала  свою статью  героине  , пока  не  опубликовала.И  загремели  такие громы и молнии! Но   Галина Михайловна  быстро отошла и  сделала мне только одно замечание: я пишу о косичках, а она носила  кудряшки.В тексте  сейчас исправила .
Потом мы с ней  сдружились, и даже в наградную  для меня поездку в Волгоград ГМ записалась   со мной в одну каюту. Почему-то  не подали автобус к диораме ( а набережная в городе-герое  ох какая бесконечная), и Сухова, повиснув  на моей руке(так мы передвигались  с ней  и по теплоходу), прошла  это расстояние пешком,  да по винтовой лестнице в музее поднялась. Было  тяжко нести  ее  на себе, но я понимала:  это  последнее путешествие  жадной до впечатлений  вечной  юной девчонки - военного корреспондента.
Итак, война Галины Суховой.
«Не  так-то легко писать,  если твой героиня  - женщина, и женщина умная, наблюдательная. А если она к тому же журналист, которая прошла школу "Комсомолки», фронтовой газеты…Договоримся, что я  не пишу  никакого очерка, а просто продолжаю разговор с невероятно интересной собеседницей.
И  на эмке драной…
У Галины Михайловны Суховой очень  светлые и очень ясные глаза, смотрит  она пытливо  и немного строго. Волосы высветлило время. Одна завитушка напоминает кренделек. И  ее очень  легко представить  белобрысой девчонкой с челкой и   кудряшками.
-Галочка ты  моя, беляночка! – приговаривала сквозь слезы няня, когда та однажды среди войны вырвалась к своим.- Как  же ты  там одна?
Няня  уж  знала, что «беляночка» ее, при всей своей отчаянности, в душе немного «зайчишка». Однако отчаянности и любопытства – профессиональных качеств журналиста – было  в ней больше, если тянуло ее в омут самых лихих приключений.
Как  она перед войной попала в Москву  из своего  тихого Новохоперска? Просто взяла рисунки  - и поехала поступать в художественный институт. А как ей  на  дневном  отделении учиться? Жить-то  на что?
- Вот сижу я в Александровском саду и реву. Идет  не больше не меньше, как  Николай Шверник ( тогдашний председатель ВЦСПС).
-Ты чего  девочка, плачешь?
- У-у-учиться хочу!
- Что ж  ты плачешь?
-Есть  хочу-у!
Попутно Шверник выясняет, что маленькая девочка с белокурыми  кудряшками еще и «заметки писать может». Он пишет записку в «Известия». К кому бы вы думали? К Бухарину.
-Пришла я к Николаю Бухарину.Сидит человек маленького  роста,с тихим голосом. «Хочу у вас  работать!»  - заявляю  ему с порога. – «Можно попробовать. Только что ж сразу в «Известиях»? – улыбнулся деликатный редактор.- Сначала поработайте в газете  «За пищевую индустрию».
Галина Михайловна  хорошо помнит свой первый материал. «Московская горячая» назывался. Про  булочки с котлетой внутри. Это  новшество  тогда только привезли из Европы.
А  дальше? А дальше заодно с журналистикой аэроклуб и  встреча с Чкаловым.
По вехам  имен  она может пройтись, как хороший музыкант  по октаве рояля.Шверник, Бухарин, Чкалов, Симонов,Талалихин, Поскребышев, генерал Власов, атаман Семенов…С каждым связан какой-то эпизод.
Валерий Чкалов  пришел в аэроклуб  и сразу подошел к «уточке». «Садись, милая!» - это к Гале, чтобы прокатила. Вроде провела самолет как надо и всякие «летные штучки» показала. А  он все повторял: «Увереннее, милая!». Заметил, верно, как она самолет сажает, «плюхом».
-Нет у меня глубинного зрения.- Галина Михайловна точна  и безжалостна к себе,как хирург.- Не чувствую, когда  надо сажать. Поэтому перестала водить самолет, а стала с  парашютом прыгать. Земли  я не  боялась  никогда.
-А  неба? Говорят, только первый раз прыгать страшно?
-Все равно страшно. Всегда! Мотор выключат, стоишь  на крыле – воздушная бездна вокруг. Первый раз  когда прыгала, парашют рвануло так –в одних носках приземлилась. Валенки  далеко в стороне  остались…А какие ребята-парашютисты гибли! Высокие, плечистые, красивые…
У маленькой вихрастой «беляночки» был  хороший вкус. Она любила всегда «высоких, плечистых, красивых». Виктор Талалихин  - будущий герой войны – был сначала героем ее очерка. «Прекрасный летчик! – характеризует Галина Михайловна. – Худенький такой…»Не в ее вкусе.
Полностью в «ее вкусе» был Константин Симонов.
- Идеал мужчины, писателя, поэта, журналиста…
Галя вздыхала  по нему еще  до войны ,в «Комсомолке», где тогда работала и где  он бывал частым  гостем. Но разве такой красавец обратит внимание  на маленькую девчушку с выгоревшими  от солнца бровями? Через пару лет  приедет  он к ним на Северо-западный фронт в газету.
-Отведи  на передовую! – попросит командира.
- Сейчас я  тебя проводника  хорошего дам.
И приводят к нему Галю – бойца и военного корреспондента.
-Не думай,  она отведет,  - устало выдохнул командир. И увидев, что сомнения  все еще  отражались  на лице известного писателя, повторил, усмехаясь.- Она куда хочешь  отведет!
-Где-то я вас видел! – чтобы  хоть как-то поддержать  разговор, галантно говорил Симонов своему проводнику через  несколько минут.
- Москва, Комсомолка, перед войной ! - телеграфно  отрапортовала Галина. Она все еще дулась  на «идеал мужчины». А кроме  того – разговорчики  на передовой!
Он  так  и не посвятил ей стихов. Отыскал в санчасти красавицу медсестру  и пропал  там  на два дня. Галю  даже «вызволять» его посылали .
-В полевых условиях  та  была просто обворожительная. «Девушке-сибирячке» - это  он ей стихи написал. А я что ж?..- Галина  Михайловна, как обычно,  справедлива ко всем женщинам, кроме себя.А Симонова  она чтит.
-Стихи у него самые точные  о войне. «Но  на эмке драной и с одним наганом мы первыми въезжали в города»- все так. Мы первыми везде были .И  не только памятников  нам за  это  не ставили – награды редко  когда давали. Разве мало я на танках  городов брала? Или в разведку ходила? Да потом разведчиков  и пробирала в заметках. Идут, называется, в тыл врага: шум, котелки, гремят! «Потерянная внезапность» - назвала я  свою  заметку. Ох , и повеселило ее название наше командование!
Она рассказывает  о снайпере. Она всем  о нем рассказывает.Раз десять  ходила  с ним немцев стрелять. Да все  не везло снайперу. Без корреспондента фрицы как горох сыплются. С  ней пойдет  - ну ни  единого !
-Да если б  он столько фрицев пострелял, сколько Сухова  о  нем пишет,  нам  бы уже воевать  не с кем  было, - зубоскалили фронтовики.
Наконец, удалось  и им «пострелять». Снайпера к Золотой звездочке представили, корреспондента  - к медали.
                                                                                  (Окончание следует )
                                                                                                                                                   Ирина Крайнова


СТАРЫЙ ТЮЗ на Вольской: премьера АНДЕРСЕНА в постановке ЮРИЯ КУДИНОВА



        ОБЫКНОВЕННОЕ ЧУДО ТЕАТРА

                                                                                            -…но зачем, зачем затеял ты всё это?
                                                                                            -…Мне захотелось поговорить с тобой о любви… (Шварц, "Обыковенное чудо")


Сказочник  у Шварца  -зрелый мастер. Юрий Кудинов, артист Саратовской драмы, конечно, сильный актер, но режиссер он более молодой . Мы  недавно видели в Старом тюзе на Вольской его «Малыша и Карлсона»,  увлекательных, изобретательных, обещавших  в будущем  интересные постановки.Так и вышло…А если ты еще   женат  на женщине изящной,  похожей  на сказочную принцессу… даже серьезным актерам и режиссерам иногда хочется поговорить о любви. Разумеется, своим – театральным языком.  И  придумалась сказка по мотивам андерсеновских, а  ,увидев в  своем городском  окне сову,   режиссер  укрепился в желании ее поставить. Что и случилось на сцене Старого тюза , после множество препятствий, без которых не обходился сам  великий датчанин
.
«Ах, Андерсен!» - назвал постановщик версию, где возникает и  Ханс Христиан, сначала очень маленький, с парусником – кораблем странствий в руках (София Конкина),потом – длиннющий, худющий, в долгополом сюртуке и высоком цилиндре(Дмитрий Черных – звезда АТХ, где всходили  звезды  самого Кудинова и блистательной Елены Блохиной -   та играет чванливого и  очень  смешного короля).Он и Волшебник- «раб» огнива, и Ханс-слуга.

Персонажи кружатся по сцене, словно несомые морским ветром, который в Датском королевстве  нередок. Постепенно узнаешь в них Кая и Герду в красных, похожих на гномьи, шапочках, и  плохо одетую Девочку со спичками, и Принца самого маленького королевства  на свете,  и массивных ушастых троллей . Злые духи уже смастерили зеркало, «в котором доброе и прекрасное почти исчезало»,  им захотелось  новых каверз.
Они выкатывает на сцену цирковое колесо с лохматым и пестрым существом внутри. Колесо оказывается колодцем,  существо – Ведьмой (ее изображает  так удачно сыгравший Карлсона в  прошлой постановке Евгений Шикин). Из дивного хоровода  мировых сказок режиссер выбирает одну главную– «Огниво». Редкость у Андерсена  - с хорошим концом. Если  не считать отрубленной головы Ведьмы, и что все , кроме Солдата и Принцессы, «упали и разбились вдребезги»…
Сочиняя свою сказку, постановщик отчасти следовал  драматическим ходам  Дунского и Фрида - авторов сценария фильма Надежды Кошеверовой – одного из лучшего у нее!  - «Старая-старая сказка». Ведьма обманула Солдата – вот и расплата.И  Короля здесь казнить  не будут. Солдат( Никита Матризаев) просто повернется кругом – ать-два! – и уйдет вон из дворца. А эта   ужасная Принцесса, капризная и  вредная (Алена Омельчук), за ним вслед  кинется.
В фильме их играли актеры поистине колдовского обаяния – Олег Даль и Марина Неелова. Короля, кося  хитрым черным глазом, изображал обаятельнейший Владимир Этуш. Была пронизывающая  сюжет ирония,  было множество смешных реплик. Театральный режиссер идет своим путем. Юмора в спектакле  тоже  хватает . Блистателен  дуэт Короля  и Первого министра- Александр Андрюшенко - и словесный, и мимический,-  которые так сжились между собой, что Министр, забывшись… отшлепывает своего господина. Каждое появление    длинного Ханса –   уже целое представление. Зиму, ничтоже сумняшеся , он встречает…   утюжа  лыжами сцену.
Но  эта сказка   прежде всего   о любви, оттого  она такая  лиричная  и  немного печальная. Хоть и для семейного просмотра, но адресована детям. Как пишут ее авторы, «Андерсен и наш спектакль научат вас разбираться в людях и чувствах. Помогут понять, что такое справедливость, красота и любовь. Научат ненавидеть ложь и несправедливость….»
Молодые актеры, вчерашние выпускники наших уважаемых мастеров Александра Галко и Татьяны Кондратьевой,  очаровывают нас сразу, заставляя забыть все  великие образцы. Чем? Конечно ,  своей ослепительной молодостью, красотой  и искренностью. Серебряные туфельки , изысканное серебристое платье ,корона    чуть набок  или  пышные банты, широко распахнутые глаза –это Принцесса. Ловко сидящая форма цвета хаки,   спокойная  сила, стать  – это Солдат.
Конечно же, будет  у них романтическое путешествие – только  не по крышам, как в фильме. Прокатятся в лодке по лунной дорожке, прыгнут  через горящий костер, повалятся в  свежескошенное , крепко настоянное  на солнце  и траве  сено.А еще хозяйственный  Солдат, готовя себе жену,а  не барыню- сударыню-дворянку, научит ее и дом мести, и луковый суп стряпать. Эти  «методы» напоминают приемы  гриммовского Короля Дроздоборода , тоже замешанные на лирике и юморе.И в зиму  они попадут  - по желанию все еще капризной Принцессы.  Сверкающие ледяные звезды  спустятся к ним прямо в руки…
Как описать сказку,  созданную из лучиков света  окошек домов-коробочек, подвешенных в пустоте  (лаконичны декорации петербургской художницы Ольги Герр), и  волшебной игры лучей на сцене (петербурженка и художник  по свету Юлиана Перельман), возникающих прямо  из воздуха  и стираемых на  наших глазах  песочных картин (художница Инна Шумиловских),  учащающей темп музыки,  где  угадывается гортанный, полумистический    голос волынки, из  прихотливой  пластики модерна  в движениях  андерсеновских персонажей, коих тут множество ( на сцене –юные студийцы  Юрия Кудинова).
Самым  злым  на свете троллям не  угнаться за ними,  если они могут   так замереть, притворясь снежными фигурами или опавшими листьями, заботливо сметенными работником  Хансом. И ловко кинут снежки, и отгадают самые хитроумные загадки (третью  я так и  не смогла  угадать)  - не «ясельные», как в фильме.Трудные-трудные!
Дело происходит все же  в  северной Дании:  в финале красиво   пойдет снег – самый эффектный из  всех театральных эффектов. Герои  всех сказок обнимутся в обжигающей, неудержимой джиге. И только Ханс,  тот, что и Волшебник, и  Ханс Христиан,  молча подойдет к авансцене  с корабликом мечты  в руках. И всех-всех придуманных героев( а он  их всех  любит- и хороших,и  не очень)  укроет своей..шине...ох, простите, плащом.
Вот ведь сколько  всего театрального и чудного произошло, стоило  режиссеру Кудинову «затеять все  это»…
                                                                                                                                                                                           Ирина Крайнова

                                                                                                                       



ХУДОЖНИКИ САРАТОВА. Новый памятник НИКОЛАЯ БУНИНА

               


             В БОЙ ИДУТ ШТРАФНЫЕ БАТАЛЬОНЫ

Кто в Саратове не знает улицы Чемодурова? Весь Ленинский район знает. Теперь здесь еще  откроют памятник герою, сутки державшего высоту, уложившего  из  своего пулемета ни много  ни мало …300 фрицев!
Герой Советского Союза Вячеслав Иванович Чемодуров родился 20 декабря 1919 года в Саратове в семье рабочего.  В 13 лет мальчик  остался сиротой,с малолетства  ему пришлось самому зарабатывать  на хлеб -  слесарить в типографии.  В августе 1943 года  был призван на фронт, сражался на Брянском и Центральных фронтах,  участвовал в Курской битве, освобождал Белоруссию,  не раз был ранен  и контужен. За боевое отличие награжден орденом Красной Звезды и двумя медалями.
Звание героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда» сержант, командир пулеметного расчета 79-й роты 858-го стрелкового полка Вячеслав Иванович Чемодуров  получил в 1944 году за  настоящий подвиг: отразил   все контратаки  противника у Рудни,на подходе к городу Жлобин.
Как рассказывают источники, противник заранее подготовил село к прочной обороне:траншеи полного профиля, дзоты, блиндажи,на танкоопасных направлениях - минные поля, прикрытые проволочным заграждением. Первая атака наших подразделений успеха не имела. После артподготовки   враги возобновили штурм. Роте удалось ворваться в  их траншеи ,  Чемодуров со своим  пулеметом уничтожил боевую группу гитлеровцев. Противник сильным огнем отсек вырвавшуюся вперед роту от остальных подразделений.
Тогда Чемодуров установил пулемет на высотке, а тем временем гитлеровцы бросили свежие резервы, стараясь окружить роту, оставшуюся внизу. Создалось очень опасное положение. Но на пути вражеской пехоты оказался пулемет Чемодурова. С каждой минутой  артогонь нарастал, наши воины укрылись в траншеи .За день  сержант  в одиночку отразил 19 контратак , был дважды ранен.Только вечером, когда стихла стрельба, ослабевшего от потери крови героя  эвакуировали в тыл...
В городе Славгород Могилевской области его именем названа улица,  в двух километрах западнее Рудни у шоссе Славгород - Довск стоит памятник отважномусаратовцу.После войны Чемодуров окончил Ростовское училище самоходной артиллерии и еще десять лет служил в армии. Демобилизовавшись, умер  довольно рано  - в  1957 году.Со многими ранениями и контузиями долго  не живут?  Дело  не только в этом.   Официальные источники скромно молчат о  «темной стороне» биографии героя. Росший без родителей парень  воспитывался  суровыми законами  улицы– иначе  просто не выжил  бы.
Однажды прогуливался он  с девушкой, пел ей песню  и вступил в  препирательства с милиционером, которому его пение пришлось не по вкусу.Слово за слово – и  Слава толкнул служителя порядка. Крепкий спортивный парень  не рассчитал силы – милиционер упал с мостка в речку. История дошла до нас в изложении племянника Вячеслава Ивановича. Какой это были мосток и какая речка, она умалчивает. Думаю, что не Волга и не мост через нее,вряд ли тогда  тот  милиционер бы уцелел.
Будущий герой получил за свою лихость пятилетний срок. На войну он попал в составе штрафроты. Это им дышали в затылок  заградотряды,  стрелявшие  в спину при отступлении.Но никакой заградительный отряд  не мог заставить бойца одного  весь день торчать на высотке под яростным минометным и пулеметным огнем,отбивая  все атаки врага, одну за другой . Только личное чувство к той самой Родине, которая   сделала его преступником и отлучила от нормальной жизни.Такое было время, такие были люди…
Судимость с Героя Советского Союза, конечно, сняли.  В городе Славгород Могилевской области ( в тех краях он  совершил свой подвиг) его именем названа улица,  в двух километрах западнее Рудни у шоссе Славгород - Довск стоит памятник герою. А теперь и у нас будет не только улица, но и памятник. К 70- летию Великой Победы его заказали ведущему скульптору Николая Бунину. Он автор памятника другому  саратовскому герою войны – Благодарову. Но в отличие  от первого этот  будет выполнен в бронзе. Озинки, Ершов,Горный  - там тоже  высятся бунинские   памятники погибшим воинам .По заказу администрации Ленинского района на высоком, почти трехметровом постаменте из камня (гранит  плюс бетон), со стилизованным узором под  георгиевские ленточки уже очень  скоро   появится  бюст еще одного героя.
Николай всегда долго и тщательно работает с фотографией модели, добиваясь портретного сходства сначала в  пластилине, потом лепит  из основных материалов. Основа  для памятника Чемодурову  готова  в Москву  -на  отливку. Работает он быстро , но у председателя Саратовского отделения Союза художников России дел  полно,только вечера остались теперь  для творчества.Я  встретила в мастерской  скульптора его помощника по работе  -фотохудожника Василия Степанова и  увидела   его скульптурный портрет, почти законченный. Знатная шевелюра Василия приобрела уже  нужную львиную «гривость», но все еще дорабатывается дотошным мастером.  Пора  бы ставить точку!                      
                                                                                                                                              Ирина Крайнова